Нет, я думал, что обойдется. И не думал, что этот тайный орден отступит. Я знал, что он ударит, но техники «Внутреннего света», они… Они противоестественные. Они не подходят для обычных людей. Я видел людей с востока, что ими владели, и могу сказать точно — для Макса я такого не желал.
Да, они рвали любые защиты. Да, для церковной магии на основе молитв они были неуязвимы, но маги… Те восточные специалисты, что ими владели и практиковали, — они были далеки от человеческого. Они были словно… машины?
Да, пожалуй, «бездушная машина» для таких мастеров было бы самым близким описанием.
И как сила ходоков воспримет Макса, что откажется от чувств, я не знал. Да и чисто по-человечески, превращать жизнерадостного мальчишку, балагура и разгильдяя в… это?
Внутри меня просто не нашлось и капли желания давать ему эти техники.
Знал я их? Да. Не досконально, но достаточно для применения. Сам переносил их на темный путь, но для Макса я такого пути не желал.
Этот путь тяжел и пуст. Там нет ничего, кроме света вдалеке, к которому придется идти всю свою жизнь.
И самое главное, что я не слышал, чтобы кто-то до этого света дошел.
Что же до того, что происходило в столице, то…
Простите, я должен был добавить это раньше, но считаю, что упомянуть об этом стоит именно сейчас.
Дело в том, что этот тайный орден фанатиков, вступив на путь бюрократии, разнес весть о появлении ходока как среди военных, так и среди знати.
Да, они знали мало, но знали кое-что, что было неизвестно церковникам.
У силы Макса была пара необычных побочных эффектов. Не очевидных, но тем не менее важных. Как для военных, так и для знати.
Помните, я говорил, что сила учеников Азимута росла непропорционально быстро и превышала все разумные пределы?
Так вот…
Глава 18
Великий князь Алексей Николаевич Шилов шёл неторопливо, заложив руки за спину. На нём была лёгкая ветровка городского покроя.
Шёл он по саду.
Аккуратные дорожки, выложенные тёмно-красной плиткой, бордюрчики, подстриженная трава. По колено вдоль дорожек были расположены аккуратные подстриженные кустарники. Чуть дальше — клумбы с цветами, а уже вдалеке виднелись усыпанные цветами деревья.
Диссонанс в эту картину вносил только вид сугробов и серого неба за едва заметной пеленой.
Здесь не гулял ветер. Артефакты держали воздух почти неподвижным, но тёплым. Где-то в кронах чирикнула птица — одна из немногих, что остались тут и не улетели.
— Хм… — глянул в сторону птицы князь и обернулся к слуге, отвечавшему за сад и его магическую поддержку. — Семян каких насыпьте, чтобы с голодухи не погибла.
Тот молча кивнул и продолжил неспешную прогулку за спиной хозяина.
— Никак заморозки ударят, ваше сиятельство, — через пару минут произнёс слуга.
Князь обернулся. Садовник стоял у дорожки, держа в руках какой-то пульсирующий малый накопитель, зажатый в ладони.
— Не ударят, — ответил Шилов равнодушно. — Подними ещё на два градуса.
— Ваше сиятельство, артефакты почти на пределе, — слуга позволил себе вздохнуть. — Если так и дальше гнать, они до весны не протянут. Замены-то нет, а мастера в городе…
— Найми мага.
— Так маги, ваше сиятельство, нынче дороги. И очередь к ним…
— Значит, заплати больше, — отрезал князь, не повышая голоса. — И очередь подвинь. Ты у меня не первый год, должен знать, как это делается.
Садовник поклонился, спрятал камешек в карман и отступил чуть в сторону, больше не рискуя спорить. Князь снова повернулся к цветущей разлапистой яблоне рядом с дорожкой. Его взгляд остановился на белых лепестках.
Мужчина тяжело вздохнул и сморщился от звука приближающихся шагов.
Твёрдые, ритмичные — не такие, как у прислуги. Князь обернулся и с лёгкой усмешкой взглянул на гостя. Слуги во время прогулок по саду его не беспокоили.
Мужчина в военной форме — тёмно-серой, без погон, без нашивок, без единого опознавательного знака. Только прямая спина и коротко стриженная голова. Лицо приветливое, добродушная улыбка, но глаза холодные и цепкие.
— Алексей Николаевич, — мужчина чуть склонил голову, но не в поясном поклоне, а по-свойски. — Рад вас видеть в добром здравии. Не думал, что у вас так споро найдётся время на меня.
— Лев Поликарпович. — Князь протянул руку, они обменялись коротким рукопожатием. — Какие у меня могут быть дела, чтобы я отказался принять старого знакомого? Тем более что гость у меня вы не частый.
— Так уж и никаких дел? — улыбнулся тот. — А как же прииски? А заводы ваши? Мануфактуры?
Шилов усмехнулся, кивнул в сторону беседки, что проглядывалась за густым кустарником, и двинулся в ту сторону, начав отвечать на ходу.