Чернов взял первую бумагу, пробежался по ней глазами, а затем взял вторую.
— Однако… — произнёс он и поднял взгляд на поверенного.
— Пусть вас не смущают формулировки. По сути — это предложение покровительства и гарантии вмешательства со стороны князя.
— И как это… понимать? — тут тёмный маг мельком глянул на Эскулапа, что сидел с непонимающим выражением лица.
— Если говорить простым языком, князь Шилов, видя то, что происходит между уважаемым аристократом и представителями церкви, решил, что не может остаться в стороне и гарантирует свою защиту и покровительство. Как в светских органах, так и в органах магического совета.
Чернов открыл было рот, затем закрыл и глянул в документ ещё раз. Пробежавшись по сухим канцелярским строкам взглядом, он снова уставился на собеседника.
— Могу я узнать, чем вызвано такое щедрое… предложение? Я ведь правильно понял, что за подобное покровительство надо заплатить? Я, простите, в светские интриги соваться не намерен.
— О, нет. Никакой оплаты, — спокойно улыбнулся Иван Иваныч. — Князь не требует от вас ни денег, ни услуг, ни права на воспитание Максимилиана. Разве что в пожеланиях он указал, что был бы крайне рад видеть вас в столице. В своём поместье.
— И всё? — с подозрением спросил Чернов.
— Всё, — кивнул Сыч.
— Иван Иванович, — вздохнул Константин и тряхнул бумагами. — Не подумайте, я не хочу никого оскорбить. Но тем не менее… Если мне предлагают что-то ценное и при этом не требуют оплаты…
— Думаете, это ловушка, — кивнул поверенный.
— Думаю, что оплатой являюсь я сам… Или, как в нашем случае, Макс.
— Шилов предупреждал меня, что вы непростой маг, — кивнул Иван Иванович и снова полез в портфель. — Поэтому я поясню один момент…
Тут он достал несколько листков и передал Константину.
— Прочтите внимательно. Это копия из архивов.
— Каких?
— Тех, о которых лучше вообще не знать, — улыбнулся Сыч и глянул на Эскулапа. — Простите, но не угостите ли меня чаем, сударь?
— Да, конечно, — закивал Кнауф и, взяв чайник, налил в кружку всё ещё горячего чая.
— Благодарю-с! — принял чашку с блюдцем поверенный, внимательно наблюдая за лицом Чернова.
— В смысле, он… — произнёс Константин и поднял взгляд на Сыча.
— Да. В прямом, — кивнул тот и пригубил чаю.
— Что там? — спросил Эскулап, заинтригованный происходящим.
— Макс — природный усилитель…
— В смысле?
— В прямом. Усилитель дара. Ускоритель его развития и…
— Он? Каким образом? Чтобы усилить дар, надо… — тут Эскулап умолк, переведя взгляд на протянутые ему бумаги.
Целитель взял их и погрузился в чтение. Тёмный маг же взглянул на поверенного и остановил взгляд на его портфеле.
— Это ведь не всё?
— Ну, у меня есть ещё кое-что, — произнёс он и с довольной улыбкой постучал ладонью по своей ноше. — Но сначала я бы хотел, чтобы вы поняли главную мысль — мы не требуем заковать Макса в каком-нибудь подвале или как-то по-другому ограничивать его свободу. Более того, у нас есть описание определённых техник ходоков из коллегии магов. Это поможет ему если не развиваться, то хотя бы понять свою силу.
Губы Чернова едва заметно дрогнули в подобии усмешки.
— Так я был прав. Если платы за покровительство Макса нет, то платой является он сам. Так?
— Увы-с, вы правы, — кивнул Иван Иванович. — Если говорить прямо, то Шилов хочет, чтобы вы периодически гостили в его поместье. Хотя бы пару раз в год.
— Этого не может быть, — оторвался от записей Эскулап. — Это чисто технически невозможно. Нельзя взять и пробудить дар там, где его никогда не было! Нельзя взять и увеличить резерв и сформировать каналы. Это просто…
— Факт, — перебил его Сыч. — Проверенный, установленный и задокументированный факт. Никаких побочных эффектов, никаких сроков действия. И чем дольше и теснее идёт общение и взаимодействие с ходоком, тем сильнее проявляется усиливающий эффект.
— Что будет, если я откажусь? — спросил Чернов, задумчиво поглаживая колено перчаткой.
— Ничего.
— И помощи князя не будет?
— Князь Шилов великодушен. Поэтому ваши интересы он представлять в знати будет и всячески поможет в юридическом плане. В том числе и с церковью. Однако остальное…
Тут он развёл руками.
Вьють! Хлоп!
За окном пролетела тень и врезалась в сугроб. Сыч скосился за окно и удивлённо уставился на мальчишку в шубе и меховой шапке, что выбирался из сугроба.
— В этот раз хотя бы не в забор, — прокомментировал приземление Макса Эскулап.
Чернов хмыкнул и задумчиво уставился на Ивана Ивановича. Тот сидел с хмурым выражением лица и немного не понимал, что происходит.