Вот только возился я с ним почти до рассвета. Сила так и хлестала. Я переделывал его раз пять. Пытался слить силу в накопители, но после первого же треснувшего артефакта я понял — это не вариант.
Пришлось так… Своей силой, дозируя, сбрасывая излишки в дымоход, осторожно и кропотливо.
Когда ритуал был готов, я ещё минут двадцать успокаивался. Из-за перенапряжения у меня знатно кружилась голова и во рту появился тухлый привкус от силы. Да, такое бывает, когда слишком уж её переберёшь, но мне было не до этого.
Я кое-как собрался с силами и активировал ритуал и…
Ничего.
Вообще ничего.
Ни её присутствия, ни шёпота, даже прохладного ветерка — и того не было.
Словно я и не служил ей. Словно все эти годы… Я был просто сам по себе. Словно мы друг другу чужие.
И вот тут я впервые подумал, что дальше придётся самому выгребать. И делать это быстро.
Самое противное в этой ситуации не то, что мне оставалось немного. Даже жизнь дряхлого старика меня не пугала.
Тогда я не понимал до конца, что происходит. И физически ощущал, что не успею. Не успею научить Макса всему, что могу. Не успею сделать из него настоящего мага. Не передам ему свою печать, дающую право называться магом.
Вот это меня сильно подкосило.
Бой в окружении, магия пятого порядка над головой, кровь и смерть — не подкосили. А вот угроза того, что не успею сделать из Макса мага, — подкосила.
Хм.
Никогда не знаешь, что для тебя станет по-настоящему важным.
А тут ещё и Макс…
Да, он пришёл, когда я уже сдался и понял, что Моргана не откликнется.
Сел рядом, перчатки подал и спросил: «Что сказала?».
— Что сказала? — спросил Макс, с тревогой глянув на Чернова.
Мужчина сидел рядом, облокотившись на стену и вытянув ноги. Дыхание было хриплым, кожа бледной.
— Ничего, — прошептал он пересохшими губами.
— Промолчала? — мальчишка присел рядом и также вытянул ноги.
— Нет… Не пришла, — отозвался тёмный маг и закашлялся, отчего изо рта полетели чёрные сгустки.
Макс глянул на учителя, глянул на свои ладони и произнёс:
— Может быть, я…
— Ты ничего уже не сделаешь, Макс, — произнёс Константин. — От смерти нельзя убежать. Рано или поздно умирают все.
Ученик глянул на учителя, потёр большим пальцем ладонь и произнёс:
— Ты обещал, дядь Кость…
— Непредвиденные обстоятельства… — начал было он.
— Ничего не знаю, — насупился Макс. — Ты обещал!
— Макс… Я нарушил правила… Закон предпоследней богини, — начал рассказывать учитель. — Когда я отпустил твоего отца… Когда он попросил меня отвести его на ту сторону… Я не спросил её дозволения. Я сделал это просто… потому, что по-другому не мог…
— Так было нельзя, да?
— Да, Макс… Так было нельзя…
Мальчишка осунулся, втянул голову в плечи и спросил:
— Что теперь?
— Теперь… Теперь иди к Эскулапу… — с трудом произнёс Чернов. — Нам нужно в столицу.
— Зачем? Там безопасно?
Чернов глянул на мальчишку, что сидел рядом, и грустно улыбнулся. Мужчина потрепал его по голове рукой, перемазанной тьмой, и произнёс:
— Если меня не станет, ты должен стать хотя бы подмастерьем.
Макс молча кивнул, поднялся на ноги и прошёл к лестнице, что вела в прихожую.
— Макс… — тихо прохрипел Чернов.
Мальчишка обернулся и глянул на учителя.
— Я ещё не сдался.
Глава 20
Утро было серым и злым. Снег за ночь намело по колено, и ветер сдувал его с крыльца, заметая следы. Вроде бы и конец зимы, но снега меньше не становилось. Более того, он стал тяжелым.
Чернов стоял у двери, опираясь рукой о косяк. Пальцы в перчатках дрожали, и он старался не смотреть на них. Дышал он тяжело, с хрипом. При ходьбе каждые несколько секунд приходилось задерживаться, чтобы перевести дух.
— Ну, чего встал? — Эскулап выскочил из дома, на ходу застёгивая саквояж. Он глянул на Чернова и поморщился. — Ты как вообще? Вид у тебя, как у покойника.
— Дойду, — ответил Чернов, и голос его сел.
— Дойдёт он, — буркнул Эскулап, но в голосе его проскочила тревога. Он покосился на небо. — Я тучи собрал. Уйдём через разряд. Я как раз заскочу к одному Маркизу. Только, Кость, ты понимаешь, да? В столице нас могут ждать. Приставы, церковники, вся эта шваль. Как только мы появимся — сразу начнут. Приказы, бумаги, может, и людей с оружием пришлют. Попытаются Макса забрать.
— Знаю, — сказал Чернов. — Я готов.
Он выпрямился, насколько мог, и посмотрел на друга.
— Мы сразу к Шилову. В поместье. Никуда не сворачиваем. Князь слово дал — значит пропустят к нему без проблем.
— Долго вы у него будете? Может…
— Нет. На следующий день у нас экзамен будет. Захар организовал. Не уверен, получиться у него или нет, но он обещал предупредить князя.