Зарубин хмыкнул, снова налил стопку и взял сало. Опрокинув рюмку, он закинул сало в рот и выжидательно уставился на собеседников.
— Казус, месье Зарубин. Казус, — спокойно произнес ДеЛориан. — Мы вроде бы все обговорили. Шахты месье Блеку, под разработку совместной компании. Нам земли, в Таласской долине, под виноградники. Мы свою работу выполнили, как договаривались, а вы?
Зарубин спокойно подцепил селедочки, закинул в рот, а за ней немного картофеля. Затем он отложил вилку, спокойно налил рюмку и опрокинул в себя.
— Сказано — счета мои. Поместье мое. Все финансовые обязательства и договоры — мои. Если вы решили переиграть… — тут на его лице появилась кривая усмешка. — Так я вам глотки перегрызу и плевать я хотел на вашу дипломатическую неприкосновенность.
Рафаэль и Дональд переглянулись.
— Павел Павлович, — тщательно выговорил Блек. — Вы… не в курсе?
Ухмылка сползла с лица мужчины и он хмуро переводил взгляд с одного собеседника на другого.
— Не в курсе чего?
— Государь ваш фамилию Ожоговых из реестра аристократов не вычеркнул, — пожал плечами Рафаэль и опрокинул остатки шампанского в рот.
— Как не вычеркнул? Он сегодня же был в приказе, — произнес Зарубин наблюдая как Де Лориан закинул маленький бутерброд в рот и принялся наливать шампанское. — Мои люди в…
— Объявлен запрет на действие с рудниками, землями и поместьем. Назначен управляющий, — спокойно произнес Блэк и пригубил виски. — Все финансовые обязательства, займы и прочее заморожено.
Зарубин втянул носом воздух, а затем спросил:
— Государь открывал реестр? Он был в…
— Мои люди говорят, что нет, — пожал плечами худощавый мужчина и снова откинулся на спинку кресла.
— Мои подтверждают, — кивнул Дональд. — Вы понимаете, что это значит?
Зарубин нервно хохотнул, откинулся на спинку стула и принялся выбивать дробь пальцами о белоснежную скатерть.
— Вот ведь сукин сын, а, — усмехнулся он. — Вот ведь лис старый…
— Павел, не могли бы вы прояснить, что это значит? — подал голос Де Лориан. — Мы, хоть и проживаем у вас достаточно давно, но в хитросплетении вашего наследования особо не вникали.
— Было бы хорошо, — кивнул Блэк. — Хотя у меня есть подозрения.
— Наследник или прямой потомок в другом роде, — произнес Зарубин, продолжая выстукивать пальцами по столу. — Потомка быть не может. Ожогов не стал бы так рисковать, а вот наследник…
— Тоесть, вы хотите сказать, что у этого старика есть еще один наследник? — сморщился, словно сунул в рот лимонную дольку Рафаель.
— Его не было в семье. Скорее всего он тайный. В семью не вводили, а это значит… — тут сам Зарубин сморщился. — Бастард. Наследство на бастарда. Если он несовершеннолетний, то опека автоматически переходит государю.
Двое собеседников переглянулись.
— Надо искать бастарда. Если мы его найдем… — начал было Пал Палыч.
— Договор был на помощь в одном деле, — хмыкнул Дональд. — Мы свою работу выполнили. Бастард — это ваша проблема.
— Полностью поддерживаю, — отозвался Рафаэль и пригладил тоненькие усики.
— Вы, тугодумы, еще не поняли? — хмыкнул Зарубин. — Мы в одной лодке. Если не сделаем ничего — ничего и не будет. Хрен тебе, Дональд, а не шахты, — показал дулю одному собеседнику Павел павлович и тут же перевел ее на Де Лориан. — И тебе хрен, а не виноградники. Усекли?
Зарубин отодвинул тарелку с картошкой, поставил рюмку и наполнил ее. Опрокинув ее, он не стал закусывать, а залез в карман и достал блокнот с ручкой.
— Думаем, — буркнул он, перехватив ручку поудобнее. — Куда бастарда можно засунуть? Училище какое-нибудь? Или лицей какой?
Глава 3
Женщина подошла к сухому старичку и смачно залепила ему по заднице мокрым полотенцем.
— Ты, Трофим, совсем берега попутал⁈ — прошипела она сквозь зубы.
— Глаш, ты это… Не балуй, Глаш! Увидят же! — со страхом произнес отскочивший от нее старичок, что тут же ухватился за пятую точку. Мужчина стоял у высокой стойки и листал книгу учета гостей. Всего одной толстой книги хватало для учеба в небольшой гостинице.
— Где вишневая настойка, ирод⁈ — выпучив глаза спросила женщина и угрожающе замахнулась полотенцем. — Вылакал, скотина⁈
— Глаша, а чего сразу вылакал⁈ — возмутился старичок, схватил книгу учета и выставил вперед, словно она могла защитить от побоев. — Кожедубов! Он ночью рюмку перед сном запросил! А потом еще одну и весь бутыль забрал!
Глаша сделала шаг вперед, подслеповато прищурилась и недовольно поджала губы.
— Кожедубов этот съехал или еще тут?