— Давно он в городе, дела ведет, а откуда взялся — не понятно. Узнай, кто он, где родился, с кем водился. Понял?
Егор пару секунд смотрел на мужчину и неуверенно кивнул.
— Только без этих твоих, — пригрозил ему пальцем Зарубин. — Чтобы цел был. Поспрашивай, сильно не дави. Он людей больших знает. Усек?
— Усек, — кивнул Егорка и выскочил из машины.
— Гоша, дамой давай, да побыстрее, — произнес Зарубин, стоило двери закрыться. — Колени крутит, к дождю не иначе.
Максим сидел на нижней полке и удивленно смотрел на Кузьму, что сидел напротив. Взгляд то и дело переползал на корзину с пирогами и стаканом чая в железной подставке.
— А вы, выходит, слуга рода, да? — спросил парень.
— Именно так.
— Дядя Костя говорил вы дворецким были, — произнес парень.
— Дворецкий — это должность. Слуга рода — это статус, — спокойно ответил старичок.
— А я же последний Ожогов, получается, так?
— Так.
— Получается вы и мой слуга? — спросил парень.
— Выходит так, — кивнул Кузьма.
— Значит я приказывать вам могу? — глянул Максим на старика, что сидел с прямой спиной и безразличным взглядом осматривал парня, что сел поглубже и принялся болтать ногами.
— Можете, но не факт, что я буду исполнять все, что вам взбредет в голову, — отозвался старичок.
В этот момент дверь с шелестом открылась и в проходе показался проводник.
— Ваше благородие, может обед прикажете подать? — спросила женщина, в форме.
— Как скоро отбытие? — уточнил старичок, глянув на нее. — Почему задержка?
— Не гневайтесь, ваше благородие. Тепловоз из строя вышел. Пока оттянули с путей, пока запасной пристегнули. С минуты на минуту отправляемся, — развела руками женщина. — Время к обеду, а повар у нас расстарался. Ухой до того пахнет, что в вагон ресторан войти нельзя. Разве что слюни глотать.
Кузьма хмыкнул и покосился на мальчишку, что продолжал болтать ногами.
— Подайте, — кивнул наконец слуга и добавил: — И газет принесите каких.
— Наших, местных, или государевой какой…
— Всех, что есть, — отозвался старик.
Женщина кивнула и исчезла в коридоре, прикрыв за собой дверь. Кузьма же вздохнул и поглядел на мальчишку.
— А десерт будет? — спросил парень и покосился на пироги и остывающий чай.
— Должен быть, — произнес старичок.
Максим выдержал пару секунд, дождался пока старик отведет взгляд и потянулся за пирогом из корзинки.
— Никаких пирогов, до обеда, — произнес он.
Максим убрал руку, глянул на старика и произнес:
— Чем пироги-то виноваты? Я голодный, а обед пока принесут, пока то, да сё…
— Не стоит портить аппетит перед обедом, — произнес слуга, откинулся на спинку и сложил руки на груди.
— Что за правила дурацкие, — буркнул парень, шмыгнул носом и поглядел на свои новые штаны. Сделав обиженный вид, он недовольно проворчал: — Как пироги могут помешать суп рыбный есть?
Кузьма тяжело вздохнул, хотел было ответить и уже набрал полную грудь воздуха, но тут в купе вошел Чернов.
— О! Дядя Костя! — тут же сбросил обиженную маску и указал пальцем на старичка. — А он мне пироги есть не дает! Говорит до обеда нельзя, а пироги-то с капустой! Вон, видно же, начинки сколько!
Константин вздохнул, присел рядом с парнем и уставился на Кузьму.
— Я в соседнем вагоне. На этом поезде мы едем до Казани.
— Так билеты ведь до Ижевска, — подал голос Максим.
Чернов глянул на парня и произнес:
— Так будет безопаснее. Если Зарубин уже что-то знает, то он может попытаться нас перехватить, — произнес темный. — Мы сойдем раньше, в Казани. Там на пароход какой-нибудь и дойдем до Пермской губерни.
— Чего, прям настоящий пароход? — недоверчиво спросил Максим. — Вот тот, который дымит и по реке гребет?
— Да, настоящий, — кивнул Чернов и достал небольшую шкатулку, размером с портсигар. — Нам нужно дойти до губернатора окольными путями.
— Нас могут ждать у самого губернатора, — подал голос Кузьма, не меняя позы.
— Могут, но Пермский губернатор — Волков. Вояка, — пояснил Чернов. — Нам до него добраться, а разборок он не потерпит.
— Волков, он же… — приподнял одну бровь Кузьма.
— Оборотень, — кивнул Константин. — Окультуренный, не прямых кровей и крещеный. Но нрав у него все равно… волчий.
Слуга кивнул.
— А он в волка может обращаться? А ходит на двух лапах или четырех? — начал заваливать вопросами Максим. — А ест он как собака, мордой в миску или…
Константин зыркнул на парня, от чего тот тут же осекся.
— Он человек, в крови которого присутствует кровь оборотня из волколаков. И он военный, где дисциплина — основа всего. Он ходит как человек, выглядит как человек, ест как человек и на молебны в церковь ходит как человек, — произнес Чернов и открыл шкатулку. Оттуда он выудил небольшой медальон, размером с четвертак на кожаном шнурке.