— А чего за нужда такая?
— Нам нужно в Каменск-Уральский. Потом в сторону тюмени и Алтая. Там, возможно на дальний восток. Поездом трудно и морока с пересадками. Много где нужно остановиться, много куда заехать. А другого транспорта в Суксуне не продают.
— А спрашивал?
— Ты седьмой, — пожал плечами Чернов.
Мужик покосился на свой старенький, но еще вполне бодрый грузовичок, затем на мага и кивнул.
— Пойдем. Я тебе еще масла дам, — махнул он рукой к сараю. Оттуда он выволок большую сорока литровую флягу. — Вот! Масло немного густовато, но и двигатель уже не тот. Ему погуще надо. — Затем он снова полез в сарай, откуда вышел с авоськой. — Вот тута — масляный, топливный и воздушные фильтры. Эта версия Бурлака уже не выпускается. Сейчас все вкладыши делают, а это старые варианты. С корпусом, железные.
Чернов принял авоську и заглянул внутрь.
— Я, признаться, не очень в…
— Ты, главное горючку в порту не бери. Там что попало льют, — продолжил мужик. — И как в Каменск-Уральский приедешь — масло смени. Там свежее, но после переборки притирка может быть. А дальше — раз в десять-пятнадцать тысяч километров меняй. Если хочешь, чтобы до дальнего востока довез — ты как масло меняешь и топливный с воздушником меняй.
Тут он оглядел дорогой костюм Чернова и добавил:
— Там ничего сложного. Двигатель остыл — пробку на картере скрутил и слил масло. Рядом с пробкой фильтр вот такой увидишь, — тут он вытащил из авоськи масляный фильтр. — Его открутил и новый прикрутил. Потом пробку закрыл и по уровню масла залил. Понял?
— Думаю разберусь, — кивнул Чернов. — В крайнем случае найду мастерскую.
— Тоже дело, если деньги позволяют, — кивнул Савелий. — Ну, эта… А как договор или…
— У меня есть стандартный, — полез во внутренний карман Константин. — Устроит?
Скажите — спорное решение?
Да, согласен, оно в какой-то мере компромиссное.
Была бы возможность я взял бы какую-нибудь простую и неприметную машину. Разумеется не фургончик, а что-то более утилитарное.
Однако Суксун оказался не тем местом, где есть рынок автомобилей или салон. Тут даже не было отделения банка.
Переплатил я за этого «Бурлака»? Конечно, но, в отличие от города, тут народ был другой. Мужик, после того как мы подписали договор не только отгрузил мне масла и фильтров. Он еще и долго объяснял мне о поведении этого старенького грузовичка. Как его обслуживать, зачем следить, как крепить груз в кузове. В общем в целом он рассказал мне про него все. Включая историю и поведение в определенных местах. Этот Савелий умудрился на нем полстраны исколесить, включая серпантины на берегу черного моря и Кавказа.
Сам же грузовичок…
Знаете, он мне почему-то напоминал бегемота. Сильного, мощного, но неторопливого. Способного утащить очень много, но при этом крайне медленно. Передачи были короткими, разгонялся он неохотно, но прекрасно и уверенно вел себя на мелких кочках, отрабатывал подвеской отлично. Савелий говорил, что лучше он ведет себя груженным, но проверить это в ближайшее время не получится.
Что же до Кузьм и Макса, то…
Кузьму я отправил на местный пятачок у храма, где тот собирал нам еду в дорогу. Не разносолы, а простую походную еду. Питаться мы, конечно, планировали на постоялых дворах, но с собой запас был всегда нужен. Макс же остался в снятой комнате с наставлением никуда не выходить, от греха подальше.
А вот то, чем его занять, я признаться, не подумал.
Ну, а Макс… Ну, а что я ожидал? Что он положит руки на коленки и будет сидеть просто так?
Нет. Это так не работает, если ты не заполняешь время ученика, то он заполняет его сам. Так, как взбредет ему в голову.
Макс встал, прошелся по комнате и недовольно глянул на болт, что лежал на столе и солонку, что он спер с первого этажа.
— Скучно… — буркнул он, подошел к окну и глянул на улицу.
Пара прохожих, пяток куриц через дорогу и… больше ничего. Дома, дворы, деревья и трава.
— Как тут люди живут? Скука ведь смертная, — проворчал он, вернулся к столу и уселся рядом с болтом. Взяв солонку, он сыпанул соли на ладонь, лизнул и положил руки рядом с «рунным снарядом». Секунда, болт поднялся и начал вращаться.
Так продолжалось секунд двадцать, после чего болт упал, а Максим откинулся на спинку стула и уставился в потолок.
— Скука смертная… — проворчал он.
С минуту он просто пялился в потолок, но затем повернул голову и взглянул на книгу, что ему выдал Чернов.
Макс глянул на дверь, затем поднялся и выглянул в окно, и только после этого подошел к книге.