— Я налью, — произнёс Макс, поднялся и взял чайник. Стараясь держать спину прямо, он подошёл к Чернову и налил чаю, после чего добавил в чашку Рожкову.
— Хоть какие-то манеры, — хмыкнул Азимут взял чашку и остановил свой взгляд на чайнике, что мальчишка поставил посреди стола. Вазочку же он передвинул к себе. Наблюдая, как ученик друга зачерпнул ложку сливового варенья, он недовольно буркнул: — Будешь есть столько варенья — в кишках забродит и ты лопнешь!
Макс проглотил, пригубил чаю и с усмешкой произнёс:
— А вы подальше отодвиньтесь, чтобы не забрызгало!
Эскулап.
Так мы его называли, но на самом деле, звали его Михаил Валерьянович Кнауф.
Он был нашим медиком в отряде, в обеих войнах. Крайне скрупулëзный и, главное, воспитанный человек. Он всегда был спокойным, вежливо отвечал, но стоило ему сесть за азартные игры, как что-то в нём щëлкало.
Честное слово, я слышал от него маты и ругань только за картами, нардами или костями. И да, в этом он был настоящий профессионал. Гоша же…
Гоша не любил карты или кости. Он больше тяготел к стратегии и, поэтому, частенько поигрывал в шахматы. Однако, в нашем отряде никто в шахматы не играл, поэтому ему пришлось начать играть в нарды.
И тут нашла коса на камень.
Наш Эскулап и Азимут сошлись в нардах не на жизнь, а на смерть.
Азимут брал стратегией, продуманностью ходов, подсчëтом вероятностей, закрытием ходов, а Эскулап в наглую разбивал его изумительным везением и дублями.
Как же бесился с этого Гоша, вы бы знали.
Дошло до того, что один раз он заставил Эскулапа играть с блокиратором магии, заподозрив соратника в банальном жульничестве. Это было в конце войны и тогда Эскулап оставил Рожкова с «марсом». Два раза подряд.
Да-а-а-а, были времена.
Честно, не могу назвать себя профессионалом, но кое-что я в нардах смыслил. Гоша меня всегда делал со счетом примерно восемь партий из десяти.
Миша же, всегда оставлял меня в дураках.
Знаете, что самое забавное?
Все прекрасно знали, что с Эскулапом играть бесполезно. Однако, все так же прекрасно понимали, что стоит угодить на больничную койку, к нему в лазарет, как у тебя пропадал всякий выбор. Играли все.
Самое противное, в тех играх, было то, что проигрывали всë, что было. А когда кончались сбережения, в ход шли игры на перевязку без обезболивания.
А вы думали мы его просто так «Эскулапом» называли?
Не-е-е-ет. Этот умник, при всём его удивительном таланте, умудрялся как следует отрываться за каждое ранение.
Что же до Макса…
Пока я нанëс визит Городничему, взял первую заявку и заказал у местного кузнеца заготовки под наших боевых големов, Макс направился к Гоше, где изучал основы поисковых заклинаний и артефактное целенаведение.
Зная Азимута очень давно, я был уверен, что он найдёт подход к Максу. Уже позже, я выяснил как он заставил его три дня, с перерывами на сон и еду, тренировать основу поисковых заклинаний.
Варенье, дамы и господа.
Он спрятал от него ананасовое варенье.
Спросите откуда у него оно и кому придет в голову делать варенье из ананасов?
Всё просто.
Его не было, но Макс оббегал всё поместье, потом окрестности, а после и город, в поисках варенья из ананасов.
Если честно, я не знаю, что он ему сказал и как объяснил что такое ананас, но Макса проняло.
Честно, я старался не смеяться, но он повторял простецкий ритуал, с одной пентаграммой, в каждом квартале, по пять раз, проверяя нет ли тут банки варенья с нужной ему меткой.
Сам Макс, кстати, уже после ученичества рассказывал, что его больше увлёк сам процесс поиска сокровища, нежели какой-то непонятный ананас.
Сокровище он, конечно, нашёл, но только на третий день, когда заподозрил, что никакого варенья из ананасов не было. Гоша подсунул ему в качестве награды большую банку малинового варенья, объяснив это тем, что ему надоело ждать, пока тот найдёт ананасовое.
Макс, конечно, расстроился, но долго горевать ему было некогда.
Я насел на него с артефактом от крыс и мышей. Тем более, заготовки были уже готовы. Придумать вознаграждение или заинтересовать его у меня сразу не получилось. Он юлил, делал всё медленно, из-под палки. Стоило мне отойти или отправиться к Гоше, как он тут же находил предлог свалить из дома.
Собственно, на улице он и получил то, что мне было нужно.
Мотивацию.
— Крайне настоятельно прошу вас потерпеть до обеда, — произнëс Кузьма, наблюдая как Макс завязывает ботинки.