Видел тех, кто пришли убивать. Меня, его, Кузьму.
Им всё равно, что мы по этому поводу думали. Им было без разницы, чего хотел Макс. Им было, по сути, плевать выживет Макс или нет.
И они это сами рассказали.
Сухо, без эмоций, в ритуальном кругу каждый из них рассказал кто их нанял, зачем, что им обещано.
Макс, поначалу, выглядел испуганно. Он дрожащими руками рисовал ритуал. Переминался с ноги на ногу, поглядывал на дверь, но молча делал то, что я говорил. А когда заговорили мертвецы…
Тут-то в нём что-то и щёлкнуло.
Мрачнел, поглядывал на меня, на мертвецов, слушал что они говорили.
Возможно, это стоило бы сделать, когда он подрастёт, но выбора у нас не было.
Убивать нас собирались сейчас.
Наёмники же…
Обычные работники ножа и пистолета. Не одарённые, бывшие вояки, что так и не смогли оставить войну. Они продавали свои услуги тем, кто платил, пока не столкнулись с Зарубиным. Тот был опытным в работе с таким контингентом, поэтому, поначалу, хорошо платил, а затем случился казус. Казус который подставил этих ребят перед органами правопорядка.
Думаю, Зарубин специально подвёл их под это. Возможно, даже доплатил, чтобы тех как следует прижали. Ну, а затем, как полагается аристократам в таких ситуациях, торжественно их спас и навсегда привязал к себе.
Полторы тысячи рублей.
Во столько оценили живого Макса и мёртвого меня.
Сказать, что я расстроился… Нет.
Слава последней, моя сила и мои навыки благодаря моей службе, не являются общественным достоянием. Они не понимали куда сунулись и с кем им придётся иметь дело. По сути, их использовали.
Как пушечное мясо.
Своего рода «проверка боем».
Дальше будут уже серьёзные противники. Готовые к серьёзной драке. Думаю, для того, чтобы избежать разрушений в городе, стоит поговорить с Азимутом. Надо встречать таких ещё вне города.
Что до Макса, то отходил он… Вечер. Да, пожалуй, один вечер он отказывался от варенья и пил пустой чай.
Мы сидели с ним у камина, в маленькой гостиной, и разговаривали. Я ему объяснял, что происходит. Предполагал, что будет дальше, выдавал варианты и…
Знаете, он слушал, молчал, иногда спрашивал односложно: «Почему?» или «А как же царь?». Я отвечал как мог. Старался никого не выставлять в плохом или хорошем виде.
На утро же, он уже спокойно, пусть и без былого задора, завтракал и наворачивал сырники с вареньем.
Быстро отошёл. Без слез и соплей.
После завтрака, заявил, что пойдёт на поиски крыс и мышей для проверки своих артефактов. Я, признаться, думал, что он будет использовать поисковые артефакты, но…
Он меня, в очередной раз, удивил.
Попросил пятнадцать медяков, взял мешок и ушёл.
Да, перед выходом, он первый раз меня спросил: «А боевые заклинания когда будут? Ну, чтобы биться по-настоящему?».
Да, Макс, пусть не телом, но умом, начал взрослеть.
По-настоящему.
Макс шёл с мешком в руке и задумчиво поглядывал по сторонам. Он уже знал куда идти, поэтому путь занял не так много.
Мальчишка свернул несколько раз, снова вышел к тому же рынку и направил стопы к пекарне без вывески. Снова постучался, заглянул внутрь и обнаружил ту самую полную тётку, что черпаком пересыпала муку в широкое корыто.
— Опять ты? — глянула она на него.
— Ага! — улыбнулся Макс. — Тёть, продай пирожков, а? С капустой квашеной!
Тетка недовольно глянула на него, затем обернулась на кухню и выпрямилась.
— Сава! — крикнула она.
С кухни тут же показался молодой парнишка, с едва заметным пушком под носом.
— Ась?
— Продай пирогов, этому… — тут она кивнула на мальчишку.
— Меня Максом зовут. Мне пяток с капустой квашенной, — протянул деньги он.
Парень без разговоров забрал медяки, пересчитал и скрылся на кухне, откуда вернулся с ещё горячими пирогами. Макс сложил их в мешок, поблагодарил и вышел на улицу.
Выйдя, он глянул на место, где видел ребят и задумчиво поджал губы. Решив не отчаиваться, он направился вокруг рынка, в попытке найти ту ребятню. В итоге, он их нашёл, у небольшого парка, на скамейках за кустами.
— Можно в залив сходить, — произнёс один из близнецов. — Там рыбаки закидушки ставят. Там крючки есть.
— Ну, будут у нас крючки, а ловить как? Не на веревку же их вязать, — хмыкнул Федор. — Надо снасть нормальную. Иначе глупость получиться.
— А может, морду связать? — подала голос Ленка. — Слышала, некоторые вяжут из лозы.
— За «морду» могут и по спине выписать, — подал голос второй близнец. — Городничий сильно ругался. Говорит браконьерство.
— Ну, блин… Так хоть рыбы пожарили бы… — вздохнула девушка.