— Ты считаешь дни, — расплылся в улыбке Михаил. — Это так мило, Гоша…
— Пошел к черту, — буркнул Азимут и отвернулся.
Эскулап тихо рассмеялся, пыхнул трубкой и снова попытался пригладить торчащие во все стороны волосы, по которым нет-нет, да пробегала искорка.
— Оно того точно стоило, Гош, — произнес мужчина и уселся обратно за стол. — Ей богу, достойных противников все меньше. Знаешь, в столице почти нигде не играют в нарды. Все пасьянсы, мульки и всякая карточная муть. Покер, вот, притащили из-за океана.
— И как тебе? — без особого интереса спросил Азимут.
— Забавно, но не более того. Мало стратегии, больше игра на лжи. А я ложь, ты же знаешь, в любой момент могу заметить.
Тут он покосился на нарды, на хмурого Азимута и, нагнувшись к старому знакомому произнес:
— Дабы закрепить результат и запомнить как следует мгновения унижения, я предлагаю…
— А можно я! — поднял руку Макс.
На мальчишке скрестились взгляды трех опытных магов.
— Ты умеешь играть в нарды? — приподнял одну бровь Чернов.
— Ну-у-у-у… — протянул ученик. — Не то, чтобы умею. Скорее смотрел много. Правила знаю.
Азимут хрюкнул, поднялся из-за стола и сделал приглашающий жест.
— Прошу. Не хочу быть сегодня единственным униженным этим коновалом, — произнес он и присел рядом с Черновым.
Эскулап дождался когда мальчишка сядет и протянул ему кости.
— Прошу молодой человек. Я дам вам фору…
Макс взял кубики, бросил и улыбнулся, когда ему выпал дубль пятерок.
— Первый дубль, с головы можно два раза взять… — произнес он, взял одну фишку и поставил на пять. Второй он прошелся через все поле и вошел в дом Эскулапа, встав на тройку.
— Хорошо… очень разумно, — кивнул Михаил и взял кости. — Мне надо всего лишь не выбросить дубль троек. А это, хочу заметить, крайне маловероятно.
Мужчина взял кости, бросил их и замер, обнаружив на них две тройки.
— Маловероятно — это не невозможно, — усмехнулся Макс, поднялся и подошел к столу где сидел Чернов с Рожковым. Забрав свой чай и вазочку с вареньем, он вернулся назад и бросил кости. — Так… Теперь мы поступим вот так…
Игра продолжилась и с каждым ходом Эскулап становился все мрачнее и мрачнее. Азимут несколько раз порывался встать, посмотреть или вмешаться, но Константин его одергивал.
— Не лезь, — ворчал он. — Для нас не имеет значения, выиграет он или проиграет.
Рожков недовольно пыхтел, косился то на Макса, то на Кнауфа, но не вмешивался. Чернов же его отвлекал как мог.
— Мы, кстати, големов до ума довели, — произнес он. — Правда все пошло немного не так, как запланировано.
— В смысле?
— Городничий пару лет назад указ, оказывается издавал. За каждую убитую крысу два медяка. За мышь по одному.
— Что-то такое было, — кивнул Георгий. — Я особо не вникал.
— Ну, теперь местная ребятня бегает за нашими големами и собирает дохлых крыс и мышей, — усмехнулся Чернов. — Эта ребятня — знакомые Макса.
— М-м-м… — кивнул Азимут. — Да, видел. Твой перед ними кобенился. На стуле катался.
— И взял на испытания. Поглазеть на големов. Ну, они и сообразили, как заработать на этом.
— Надо сказать городничему, чтобы закрыл лавочку, — буркнул старик. — У нас столько крыс и мышей, что никакого бюджета на крыс не хватит.
— Возможно, ты прав, — кивнул Чернов и глянул на Эскулапа.
Тот встал из-за стола и растерянно уставился на Макса.
— Это… как это… — его взгляд скользнул на Чернова и Рожкова.
Азимут поднялся и глянул на доску.
— Марс, Миша… — с улыбкой до ушей произнес Георгий. — Пацан поставил тебе марс!
— Кости! Зачарованные кости, да? — схватил он костяшки и принялся из осматривать, обнюхивать и даже лизнул. — Вы сделали…
— Можешь тащить блокиратор магии, — буркнул Рожков и уселся на свое место. Взяв чашку с чаем он пригубил и добавил: — Тебе есть чему у меня поучиться.
— Пацану просто повезло. Дуракам всегда везет, — произнес он, а затем глянул на друга. — И чему у тебя вообще можно научиться? Ты…
— Я умею проигрывать, Миша… — усмехнулся Азимут и с довольной миной пригубил чаю.
Эскулап засопел, покосился на мальчишку, что трескал варенье ложкой и громко прихлебывал из чашки, после его произнес:
— Еще раз!
Макс кивнул, взял кости и снова бросил на доску.
— Дубль пятерок, — произнес он и повторил свой же ход. Одна фишка на пять в доме, вторая на три в доме у Эскулапа.
Тот засопел, сел на место и взял кости. Он сосредоточенно глянул на Макса и подул на кости в кулаке.
— Выкинуть два раза дубль троек… — тут он бросил кости и растерянно уставился на две тройки.