Бабушки на лавочке и хозяин собаки ничего не поняли. Они только увидели, что две овчарки, которые вот-вот готовы были вцепиться в горло друг другу, внезапно как будто натолкнулись на какую-то невидимую стену – одна подпрыгнула вверх и с визгом свалилась на бок, а вторая вдруг, опустив голову, со всех ног бросилась наутёк. Хозяин собак, схватив намордник и поводок с криком «Марта, к ноге!» бросился в погоню за этой самой Мартой. А вторая собака, Герда, подвывая от страха, стала потихоньку отползать назад, потом внезапно вскочила на ноги и тоже резко драпанула, но в другую сторону.
И тут бабушки внезапно услышали звонкий детский смех, который раздавался как бы из воздуха. Старушки оглянулись – рядом с ними не было детей. Но смех продолжал звучать, как будто кто-то записал смеющегося ребёнка на диктофон и потом включил запись.
– Свят, свят, свят, – перекрестилась Никифоровна. – Не иначе, как домовой озорует!
– Да ладно тебе, какой тут, в этой панельной многоэтажке, домовой? – возразила одна из бабулек.
– Ты, Степановна, молчи, коли не знаешь. Домовой, если его дом разрушен, идёт вслед за прежними хозяевами. А мою хибару скаватор поломал. Так что мой Трифон за мной увязался. Я давно замечала. Только он мне никогда не показывался. Потому что домовые – они невидимые…
Всё это слышал Максимка.
«Ага, так вот чью я кепку нашёл», – подумал он. – «Это, наверное, Домовой потерял. Надо будет его найти».
И с этими словами мальчик решил вернуться домой.
Вот только внезапно он увидел, как к подъезду направляется его отец…
Глава восьмая. Встреча с домовым
Увидев папу, Максимка понял, что сегодня его попа точно пострадает от папиной руки. Нет, отец его нечасто наказывал, но иногда мог довольно ощутимо шлепнуть по мягкому месту. Впрочем, лучше уж по попе нашлепал бы, а не наказывал на телевизор или видеоприставку. Потому что Максимка очень любил играть в разные игры – «стрелялки» или «бродилки». А так как на папином ноутбуке мама не разрешала играть, и папа давал ему свой ноутбук только раз в день, то играл мальчик с приставкой PlayStation перед телевизором. И вот сегодня, похоже, ему предстояло не играть, а стоять в углу.
Максим лихорадочно думал, что же ему делать. Потом он быстренько пробежал прямо перед папой к двери и резко её открыл. Вбежав в подъезд, он со всех ног бросился к лифту. Но лифт был где-то наверху.
«Всё, капец! Сейчас зайдет папа и я не смогу его опередить, не смогу неслышно зайти в квартиру» – обречённо подумал Максим.
И вдруг снизу, из двери, которая вела в подвал, показалась чья-то голова. Максим удивлённо смотрел, как дверь подвала открылась и оттуда выскользнул какой-то мальчишка. Этот мальчишка был одет в лохмотья – его рубашка и штаны были в дырках и заплатах. А голова, наверное, не знала не только мыла и мочалки, но и расчески – вихры у пацанёнка торчали в разные стороны.
– Не паникуй! – хрипло прокашлял мальчик. – Я тебе помогу от папки сбежать.
С этими словами он щёлкнул пальцами правой руки. И Максим заметил, как вокруг что-то изменилось. Он поднял руку, посмотрел на неё, потом шагнул вперёд… У него было ощущение, что он попал в какую-то паутину или в какой-то вязкий кисель – идти было так трудно, как будто он шел по болоту. И не только идти – поднимать руку или поворачивать голову тоже было очень тяжело.
– Ты кто? – спросил он пацанёнка. – Чего сюда явился?
Тот хмыкнул.
– Надо же, стянул мою кепку и ещё спрашивает.
Максим удивлённо посмотрел на него.
– Какую кепку?
– А которая на тебе. Ты думаешь – почему я тебя вижу? Откуда у тебя волшебная кепка? Это моя кепка, точнее, кепка моего папки. Что, у вас тут кепки-невидимки на каждом шагу валяются?
Макс испытал такое ощущение, как если бы его ударили футбольным мячом по голове. Вот так фокус! Только-только научился кепкой управлять, получил такие способности, о которых и не мечтал никогда – и на тебе? Теперь мальчишка заберёт волшебную кепку?!
– Ты не бойся, я у тебя кепку пока забирать не буду. У меня еще одна есть, дедушка забыл, когда в деревню уехал. Так что пару дней поноси, а там посмотрим, – мальчишка улыбнулся. – А кто я? Я – домовой, точнее, домовёнок. Слыхал про нас?
Макс отрицательно замотал головой.
– Вот темнота! Уже вроде большой, тебе бабушка или мама что – сказки не рассказывали?
Макс снова мотнул головой, мол, не рассказывали.
– Странно. Мне вот и дедушка, и папа всегда на ночь сказки рассказывали. Про драконов, про Бабу Ягу, про лешего. И. конечно, про нас, про домовых. Мы же должны знать и сказки, и про себя, всю нашу историю. Мы, домовые, храним память о прошлом. Люди быстро забывают всё, а мы им подсказываем.