Мы лезем вон из кожи не столько ради обретения счастья, сколько ради того, чтобы все считали нас счастливчиками.
Во много раз легче заглушить первое желание, нежели удовлетворить все последующие.
Мудрость для души – что здоровье для тела.
Раз великие мира сего не в силах дать нам телесное здоровье или душевное спокойствие, это значит: мы слишком дорого платим за то, что они могут нам предложить.
Прежде чем всеми силами к чему-то стремиться, следует разобраться, насколько счастлив тот, кто уже этим обладает.
Истинный друг – величайшее из всех благ, о приобретении которого мы менее всего задумываемся.
Влюбленные видят недостатки своих возлюбленных лишь тогда, когда иссякает действие их чар.
Благоразумие и любовь не созданы друг для друга: чем больше любви, тем меньше благоразумия.
Ревнивая жена порой приятна мужу: он постоянно слышит речи о том, что более всего ему любо.
Сколь жалостен удел женщины влюбленной и добродетельной!
Мудрец предпочтет устраниться, чем побеждать.
Изучать людей более необходимо, нежели изучать книги.
Счастье или несчастье обычно приходит к тому, у кого его уже избыток.
Мы порицаем себя лишь ради того, чтобы нас похвалили.
Нет ничего более естественного и более обманчивого, нежели уверенность в том, что тебя любят.
Нам отрадней вид тех, кто нами облагодетельствован, нежели наших собственных благодетелей.
Намного трудней скрыть настоящие чувства, нежели изобразить те, которых нет.
Возобновленная дружба требует больших стараний, нежели та, что не прерывалась.
Человек, которому никто не по нраву, несчастней того, кто сам никому не по нраву.
Ад женщины – старость.
Низости и пресмыкание придворной знати перед министрами, далеко не столь сановитыми, – трусливые выходки отважных людей.
Благородное достоинство не имеет единого выражения, но выражается во всем без исключения.