Лейла прижалась к стене и прислушалась.
— Что за невестка? — недовольным тоном спросила женщина. — Спит да ест. Какой прок от нее?
— Ну что ты, Расима, она силы восстанавливает, на это много времени надо, — вступилась Рауфа.
— Слабая она, вот что я тебе скажу! Где это видано, чтобы молодая девка так долго в себя приходила? И внуков таких же родит моему брату – немощных.
— О, Аллах, чтобы у тебя язык отсох, — запричитала Рауфа. — Хорошая она, добрая. Молись, чтобы такая твоему Хакиму досталась.
— Еще чего! — голос Расимы заглушила грохотание посуды. — Нравилось тебе от домашней работы в ее комнате прятаться, вот и нахваливаешь! Мой сынок – это тебе не Абдул, он глаза-то раскроет, когда невесту выбирать будет.
Лейле не нравилось такое про себя слушать. Она что, вещь, чтобы вот так бесцеремонно ее обсуждать? Только она развернулась, чтобы незаметно вернуться в свою комнату, как наткнулась на молодого парня, ударившись об его плечо носом. Он засунул руки в карманы, расставил ноги и улыбнулся.
— Подслушиваешь? — в голосе слышалась издевка. — Еще и платок не надела, ай-ай-ай.
Лейла машинально положила ладонь на голову и пригнулась.
— Вовсе нет, попить захотела, — ответила она, избегая прямого взгляда.
— Так что ж не проходишь и не просишь?
Лейла взглянула на парня и нахмурилась. Похож на Абдула, но не он – бороды нет и глаза другие.
— Я Даян, — представился парень.
— Лейла, — ответила она.
— Знаю я, кто ты, — он еще шире улыбнулся, демонстрируя белые зубы с выпирающими вперед клыками. — Таскал тебя на руках по лестнице, пока ты в обмороке была. На вид худая, а тяжелая.
Лейла раскраснелась и заметалась, ища возможность поскорее сбежать.
— Садись на диван, — предложил Даян. — Я тебе воды принесу и расскажу, как в этом доме все устроено. Успеешь еще с Расимой познакомиться. Эту встречу можно и оттянуть.
Лейла кинулась к дивану, села на самый край и выпрямила спину. Даян вернулся быстро, поставил перед ней стакан с водой и уселся в кресло.
— Смешная ты, — заметил он, рассматривая Лейлу. — Сразу видно, что из деревни приехала. Городские девушки так себя не ведут.
— Как – так? — Лейле его слова не понравились и показались обидными.
— Да шучу я, — он отмахнулся. — Понимаю, что все здесь чужое и непривычное. И обсуждать тебя будут постоянно. Если не хочешь лишний раз огорчаться, больше не подслушивай. Тетя Расима родилась с острым языком, а с годами он заточился, как нож горца. Рауфа добрая, но только ее никто ни во что не ставит, кроме меня.
— А Айлин? — Лейла вспомнила печальные глаза девушки.
— Вообще Айлин раньше была веселой, но последнее время вредная, молчаливая, — ответил Даян. — Скучно ей, понимаешь? Домашними делами не обременяют, учиться не дают, одну за ворота не отпускают. Что ей делать?
— Почему не отпускают?
— Отец боится, что украдут или опорочат, как будто у нее своей головы нет. Контроль важнее всего, — Даян закатил глаза.
— А Абдул? Он какой? — с вечера Лейлу не покидали мысли о нем. Страшно стало выходить замуж за человека, о котором она ничего не знает.
— Ну, — Даян сделался серьезным, улыбка пропала. — Ты и сама скоро узнаешь. Как брат он один, а какой из него муж получится – это только ты и будешь знать. Я бы за него не пошел, если ты об этом.
Последнюю фразу Даян сказал с таким непроницаемым лицом, что Лейла не разгадала шутку.
— С мамой постарайся лишний раз не секретничать, — он сменил тему. — Она все запомнит и в нужный момент использует против тебя, не сомневайся. Будь вежливой, слушайся, благодари, но не больше.
— А Рауфа? С ней можно? — Лейла вспомнила, сколько секретов успела выболтать и перепугалась.
— Я и сам к ней хожу, когда выговориться хочется. Не поможет ничем, правда, но выслушает. Рауфа добром отвечает на добро. Мне кажется, она про всех всё знает.
— У нее тяжелая судьба, — сказала Лейла. — Она мне рассказывала.