— Так третий год мы вас поженить пытаемся. Зачем тянуть? — Айман развела руками. — Азиз сказал – чем быстрее, тем лучше. Запомни, его слово – закон.
Айман открыла рот, чтобы еще что-то сказать Лейле, но в этот момент дверь распахнулась и на пороге возник хозяин дома.
Его хмурые густые брови тут же разгладились и поползли вверх. Из-за плеча выглядывал высокий молодой мужчина.
— Вот так подарок! — воскликнул Азиз и поспешил к дивану, с которого неуклюже пыталась встать Лейла. — Лежи, лежи! Наконец-то я тебя увидел. Ну как ты, дочка?
Лейла всё же села, зажмурила глаза, стараясь прогнать неловкость и недомогание, и улыбнулась свекру.
— Здравствуйте, — ее голос потерялся в шумных возгласах Айман.
— Спустилась пообедать с нами, — запорхала свекровь вокруг мужа. — Вот, Лейла, это глава нашей семьи, твой будущий свекр. А это Хаким, племянник Азиза.
Мужчина приветливо улыбнулся и помахал рукой.
— Добро пожаловать в семью, — Хаким обошёл Азиза, коснулся плеча Айман и скрылся на кухне.
На этом внимание к невестке закончилось. Азизу позвонили, и он ушел в глубь дома, которую Лейле не удалось обследовать, чтобы поговорить. Айман поспешила на кухню, чтобы заняться обедом, раз все мужчины вернулись домой.
Лейла оказалась в гостиной одна.
Она взяла пакет с купленными для нее вещами и решила, не дожидаясь разрешения, вернуться в свою комнату.
На втором этаже царила абсолютная тишина. Лишь снизу доносились возбужденные голоса женщин и грохот посуды. Лейла посмотрела на мужское крыло, гадая, кому какая комната принадлежит. Где-то за дверью занимались делами Даян и Абдул, ее будущий муж. Неужели ей придется переехать в его комнату?
Лейла вдруг ужаснулась скорой перспективе ложиться в постель с незнакомым человеком и угождать ему во всем. Для начала ей нужно вернуть себя самой себе и понять, как она жила до того, как очутилась в доме Алиевых. И как можно скорее.
Дверь в комнату открывалась бесшумно. Коридорный воздух ворвался вперед нее, раздувая парусом тонкую занавеску. Секундное блаженство отпустило, как только Лейла прикрыла за собой дверь. Она осмотрела комнату и с облегчением вздохнула – вот единственное безопасное место, где есть возможность покопаться в мыслях и все обдумать.
Может стоит соврать о своем самочувствии и пропустить семейный обед?
Тяжело вздохнув, Лейла вытряхнула содержимое пакета на кровать и покачала головой.
— Я не могу от них прятаться, — прошептала она своему отражению в зеркале.
Несколько светлых платьев, платки, нижнее белье, обувь – всё новенькое и с бирками, наверняка, жутко дорогое, она же невестка Алиевых! Вытащив первое попавшееся платье из кучи, Лейла приложила его к себе и покрутилась.
— Пойдет, — получив от самой себя одобрение, она скинула платье Айлин, не менее красивое, чем ее новое, и открыла ящик комода.
Расческу принесла Рауфа еще в первый день. Она даже помогла Лейле расчесаться и смастерила пучок.
— У тебя красивые волосы, — приговаривала она, проводя жесткой щёткой по спутанным локонам. — Настоящее богатство. Не показывай никому свою красоту, береги для мужа.
Для мужа… Лейла последние дни часто думала про Абдула. Ее фантазия старательно рисовала сцену их встречи, первый разговор, прикосновение и свадебный праздник. Она не раз представляла миг, когда окажется с ним наедине в первую брачную ночь. Но его холодность и раздражение, которое он даже не потрудился скрыть, очень пугало.
Замок, который она строила в своей голове всю последнюю неделю, оказался из песка и рухнул в один миг.
Лейла зачесала волосы, затянула их резинкой на затылке, взяла в руки первый попавшийся платок и рухнула на кровать.
Слезы потекли по вискам, впитываясь в мягкое покрывало. Она не хотела преклоняться перед Азизом и Айман, не хотела искать дружбы Айлин, не хотела знакомиться с Расимой и улыбаться ей, особенно после тех слов, которые услышала. А еще она не хотела выходить замуж за Абдула.
Глава 11
Обеденный стол был заставлен блюдами. В центре стояла керамическая кастрюля с зелеными щами, вместо хлеба – три тарелки с чуду – с картофелем, творогом и зеленью, сыром. Большие чаши с далгу – салатом из яиц, шпината, зеленого лука и крапивы, заправленного свежей сметаной – манили ароматом с двух концов стола. Рауфа вынесла тарелки со свежими овощами, и козьим сыром, Расима – с курзе из баранины.