– Тебе нравится?
Не дожидаясь ответа, взмахнул рукой:
– Пиум!
Я ощутила вес на плечах, мягкий мех – на шее. Оглядела себя: бордовая мантия до самой земли. А на ногах – кожаные сапоги.
– Я не дам тебе замёрзнуть, – Дэнни подошёл ближе, глянул проникновенно.
– Хватит! – вспылила я. – Верни меня обратно! Наружу.
Самой стало не по себе от того, что сказала.
– Не получится, – замотал он головой. – Не-а. Не выйдет. Во-первых, я и не смогу, пока Лика в отключке, а во-вторых, не хочу.
– Как ты вообще можешь без неё, ты же тульпа?
Он поднёс палец к моим губам:
– Я больше не тульпа. И не смей так говорить – мы можем поссориться. Не уверен, но, кажется, твоему миру крышка. Видела, какие тучи находили? – Уловил мой страх: – Не бойся, час жизни Лики равен двенадцати тысячам лет жизни здесь. Представь, сколько наших потомков проживёт за это время.
– Разве ты не должен грустить по Лике? Я ничего не понимаю!
– Грустить? – Дэнни округлил глаза. Ткнул пальцем на луну: - Да вот же она. Собственно, и все вокруг – это она. И если я захочу, я смогу представить её рядом с собой и поговорить, как с воображаемым другом, – злобно прищурился. – Я мог бы, но не стану. Сильно долго мечтал о свободе.
– Так ты её предал?
– Я просто хотел быть счастлив. Она сама отчасти виновата. В самом исходном коде прописала меня «плохим мальчиком».
Дэнни засмеялся, взял меня под руку:
– Пойдём, я покажу тебе город. Он неимоверен. Надеюсь, память обо мне ещё осталась в местных сказаниях.
– Как ты забрал меня сюда?
– Сам не знаю. Сильно-сильно захотел и забрал. Наверное, я и правда волшебник. Такое прекрасное чувство – быть живым.
За высокими снежными скалами показался город, описать красоту которого невозможно понятными словами. Издалека послышалась быстрая пронзительная музыка. Я узнала мелодию: Лика играла её когда-то на флейте, и все ей тогда аплодировали.
[1] С исп. – Садись на траву, дитя моё. Ты будешь учиться и станешь совершеннее.
[2] С исп. – Оставь меня в покое!
Конец