Тохтамыш был хорошим вожаком. О своих людях заботился не меньше Мала. Отряд печенегов поскакал не в направлении к Понту, а немного севернее. Возможные заставы при таком подходе легче будет миновать. Быстро и почти бесшумно конники растворились в предрассветных сумерках. ...
Вернувшись на “свой” берег князь с удивлением отметил, что ладьи уже начали принимать на борт дружинников. Погрузка шла полным ходом и к полудню в гавани Килии не осталось ни одной посудины. Путешествие огромной флотилии начиналось. Дисциплину на судах соблюдать приходилось всем. Даже хазары притихли заняв положенные им места. На каждый корабль заходило около ста человек. На некоторые и поболее. Перегруз был, однако. Винсент считал, что до Миклагарда не более трех дней пути. Вытерпят. Вина на борту нет. За это время новоявленные мореходы не только протрезвеют, но и бузить устанут. Злее будут при штурме.
Мал продолжал свои магические практики и каждую ночь, мороком, отправлялся вслед плывущим ладьям. Восприятие окружающего мира духом отличается от нашего обычного зрения. Он одинаково хорошо «видел» и днем и ночью. Возвращался назад, в свое живое тело князь в одно мгновение. Это не зависело от расстояния между ним и местом его «путешествия». Верный Один всегда находился рядом. Никто ничего не подозревал, да и не мог, если честно. Мал помнил, что новые возможности нельзя использовать в ратном деле. Но он же просто наблюдал!
Морок взлетал достаточно высоко. Корабли под ним казались маленькими, почти игрушечными. Шли они кучно. Винсент был опытным мореходом. Он быстро определил самые медленные ладьи и выделил им место впереди (в авангарде, по нашему). Более того, прямо в море он немного облегчил «тихоходов», пересадив часть людей с них на соседние, более быстрые корабли. Все шло по плану Великого князя. Казалось, ничто не в состоянии его разрушить
На третью ночь мореплаватели могли увидеть цель своего недолгого, но весьма мучительного путешествия — Миклагард. Греки, или ромеи, как они себя сами называли, были абсолютно беспечны! Город сиял огнями, видимыми издалека. Кормчие не могли промахнуться. Мал видел со своей верхотуры огромную каменную церковь с прекрасным как бы парящим в воздухе куполом. Город совсем не интересовал нашего героя. Мала поразили маневры Винсента. Далеко в море, за несколько верст до берега ладьи стояли сцепленные друг с другом бортами. Был практически полный штиль. Флотилия дожидалась рассвета который обязательно принесёт ветерок. Тогда корабли пойдут в атаку на всех парусах. Берегись, неприятель! Похоже бурдюки с вином на борту все же присутствовали. Или пассажиры были опьянены ощущениями предстоящих схватки и погрома?
Беспечными ромеев Мал назвал опрометчиво. У берега сновало множество мелких лодочек. На носу у каждой горел или зажигался перед отплытием небольшой огонек. Суденышек было богато. На его неискушенный взгляд, их число не сильно уступало, количеству ладей у Винсента. Только размерами они были меньше, значительно меньше. Лодки отходили от берега и направлялись в сторону славянской армады. Если бы не огонь на носу, вряд ли их можно было разглядеть. Впрочем, какую угрозу могут представлять эти скорлупки? По рассказам старожилов у греков имелись огромные галеры с таранами. Те были большими и тяжелыми. Они то как раз могли нанести значительный урон в бою. Только результат оказался бы плачевным. Потопят несколько ладей? Остальные то легко достигнут берега. Штурм выглядел неотвратимым, как восход солнца, и к нему ромеям следовало готовиться!
Между тем ромейские лодочки оказались весьма проворными. Полумесяц огней приближался к славянским судам, окружая их со всех сторон. Через незначительный промежуток времени он превратился в кольцо вокруг армады Винсента. Ладьи же стояли кучно, сцепленные бортами. … Неожиданно лодчонки направились непосредственно на отдыхающие суда. В атаку пошли, безумцы? Оказалось, да. Мал и предполагать не мог: каким страшным оружием они обладают. Славянские корабли начали вспыхивать как факелы один за другим! Мал не верил своим глазам, извините, ощущениям. Огонь на воде разгорался все сильнее и сильнее. Морок князя опустился чуть ниже и увидел страшную и невероятную картину. На носу каждой ромейской лодки были смонтированы странные приспособления, наподобие кузнечного меха, но с направленным вперед выходом. Из него извергалась и отлетала на приличное расстояние непонятная жидкость, которая мгновенно загоралась от жаровни на ее носу. Она, эта жидкость и была оружием греков. Горело все с чем она соприкасалась и огонь свирепствовал везде: на воде, на кораблях, на людях. Потушить пламя даже посреди моря, где кругом вода не было никакой возможности … Греческий огонь. Можно было считать его колдовством, но … именно Мал в данный момент использовал магию! Он видел нестерпимые муки соотечественников и ничего не мог поделать. Пламя продолжало пожирать все и вся.