- Я тебе, что прислуга? Пришла с тобой сюда, покормила тебя и домой? Не, мне так не нравиться!
- Чего ты хочешь, моя радость?
- Любви, мой козлик, самой простой любви!
- А если у меня на любовь лимит? Ну, нет во мне желания! Не разбудила ты меня!
- Чем тебя будить? Водой из чайника?
- Собой, ласточка, собой милая.
- Тебе стриптиз показать?
- Давай, дерзай, можно под музыку. Покажи танец живота, изобрази танцовщицу из гарема, давно я там не был.
- Ах, вон оно что! Ты и в гареме был?!
- Был, не каюсь, был по делам службы, на меня все жены шейха глаза открыли, чтобы потом у них желание к шейху проснулось.
- Вот ты какой! А теперь и на меня сил нет!
- Ложись рядом и смотри кино.
- Ладно, на тебе верхом, как на ослике из гарема.
- Что ж ты такая непокорная?
- Скажи еще необъезженная...
- И то верно.
Эдгар замолчал, перепалка его утомила, и он просто уснул, повернулся и уснул. Тая посмотрела на спящего мужчину, легла рядом, не касаясь его, и тоже уснула.
Ночью Эдгар проснулся, посмотрел, а рядом спит кудрявое, симпатичное создание, которое от него не дождалось любви. Он обнял спящую Таю, стал целовать ее тело, лицо, зарылся к ней в волосы. Он ее, хотел!
Глава 12
Тая проснулась и сразу обняла Эдгара, прижалась к нему всем своим существом любящей женщины. Они слились в едином страстном порыве, двух отдохнувших людей. Ночь за окном светила звездами, и звезды им желали любви и счастья на двоих в эту тихую летнюю ночь.
Жизнь Таи шла вперед с долей грусти, страха, отчаяния, с постоянной борьбой за спокойствие, хотя бы внешнее. Нельзя реветь. Нельзя много говорить. Жизнь ее состояла из сплошных запретов и практически бесплатной работы. Есть люди, кто работает за деньги, а она всю жизнь работала за спортивный интерес. А человек без денег - всегда не прав, всегда всем должен, всегда обязан обслуживать тех, кто с деньгами, кто сильнее физически, или наглее по человеческой природе.
Пару дней не меньше...
Еще более сложным явлением в жизни оказалось отсутствие кухни.
К Тае приехала мать Родиона, Оксана Васильевна. Одной ей стало скучно жить. На кухне всегда была свекровь, и зайти на нее Тая не могла, она боялась криков и скандалов на пустом месте, на святой женской территории хозяйки этого дома.
Связанная по рукам и ногам, отсутствием свободы перемещения, Тая сидела в кресле и не двигалась, двигалась свекровь. Слезы готовы были показаться на ее глаза. Свекровь сновала из комнаты в кухню, а Тая сидела... Утром все домочадцы остались в доме, она взяла свою многострадальную сумку и пошла на работу.
Тая задыхалась от безысходности, она просто разболелась, пока сама себя за волосы не вытащила из болота страданий. Так, где начинается выдумка, а где эта выдумка является жизнью? Так-то! Долгая дорога успокаивала, как из-под земли рядом возник Эдгар, он заметил Таю и догнал. Они пошли вместе в квартиру Эдгара...
У Анфисы вообще появилось ощущение, что она не человек, а большие уши, на которые все вешают лапшу своей жизни. Мужики ее не любят, но спрашивают:
- Анфиса, извини, а у тебя давно мужчины не было?
У нее что, на лбу написано, что ее муж нашел женщину толще ее?
Такие ей вопросы мужики задают:
- Анфиса, а у тебя есть мужчина?
Никаких оттенков серого цвета. Хотя иногда спрашивают:
- Анфиса, а ты читала книгу "Все оттенки серого цвета"?
- Читала, - отвечала она.
Что в этой книге такого, что все ее прочитали? Книга полна текстов из переписки героев и очень много повторений. А любви там мало, больше интриги закрытого помещения, вызывающего жуть. Анфиса один раз попала в западню сама. Тогда она была одна, правда, у нее зарождался флирт с одним молодым человеком.
Парень был хороший: высокий блондин с гибкой фигурой. Она и сама была хороша, вес не больше 60 килограмм при среднем мужском росте. На ней был легкий брючный костюм, босоножки и еще две одежки. Волосы до лопаток переливались чистотой. У них намечалась деловая встреча. Она должна была зайти к нему по делу. И зашла. И тут ее охватила страсть при виде блондина, которая, судя по всему, охватила и его. Они забыли, зачем встретились. Одежки с них слетали только так. Все оттенки бежевого цвета и серого цвета летели во все стороны. Бывает такое, но редко или никогда. Не любовь, а страсть в чистом виде. Больше они не встречались, как будто расцвела однодневная роза и завяла.