- Степан Степанович, шел бы ты домой, ну не люблю я тебя!
- Чего глупость говоришь? Куда я пойду? Мне и тут нравится.
- Зачем ты ко мне банным листом прилип? Я думала, что Платон ушел, я одна поживу.
- Это его мать приходила? Красивая женщина!
- Шел бы ты к ней, что ли.
- А возьму и пойду, вдруг не прогонит, - сказал Степан Степанович, надевая рубашку.
- Ты что - всеядный? Тебе все равно, кто и с кем? - спросила Анфиса, застегивая молнию на халате и надевая тапочки на ноги.
- Не знаю. Меня бабы боятся - или боятся, что прокормить не смогут.
- Скорее последнее. Оделся? Счастливо! - сказала Анфиса, не думая о последствиях.
Степан Степанович вышел из квартиры Анфисы, даже не думая на нее обижаться, и решительно позвонил в соседнюю квартиру.
Дверь ему открыл Платон:
- Вы к кому пришли? - спросил он недоумевая.
- Я пришел к Вашей маме. Мне с ней поговорить надо. Я для ее магазина мебель делал.
- Что Вы говорите! Только без меня, - сказал Платон и вышел из открытой двери, но тут же позвонил в дверь Анфисы.
Анфиса посмотрела в глазок, увидев знакомый силуэт Платона, открыла дверь.
- Привет, Платон!
- Да мы сегодня уже виделись, просто день выдался длинный.
- Ты прав, проходи, садись.
- Можно, но не на стулья восемнадцатого века.
- Чай с лимоном пить будешь? У меня вафельный торт есть.
- Давай чай, если больше нечего дать.
- Я спать хочу, день трудный был. Сам чай нальешь? Все на кухне.
Платон пошел на кухню, походил, покрутился, вернулся в комнату. Анфиса спала...
В кресле тихо спал Платон, равномерное дыхание мужчины не нарушало общий покой комнаты. Анфиса, проснувшись, сквозь остатки сна пыталась вспомнить, кто в ее комнате спит. Она чувствовала второе дыхание. За окном светлело. Она перевернулась на другой бок и увидела спящего в кресле бывшего мужа. Его не было несколько месяцев, и она успела от него отвыкнуть, но родные флюиды любимого человека вновь стали тревожить сонный покой.
Платон открыл глаза:
- Привет, Анфиса. Проснулась? Я тут как твой сторож сижу. Точнее, охранник. Я тебя от Степана Степановича стерегу.
- Доброе утро, если не шутишь. Еще есть время поспать, ложись на постель.
- Ты не прогонишь? От тебя всего можно ожидать. Устал я жить гонимым мужем. Я еще не выяснил, что здесь делал Степан Степанович. Вы с ним спали? Вот на этой постели?
- Платон, "что было - то было, и нет ничего, люблю, как любила, тебя одного..."
- Опять на песни перешла вместо слов! А я возьму и лягу рядом с тобой.
Анфиса вся потянулась, перевернулась, укрылась одеялом. Платон прошел в ванную, пошумел водой, вернулся и скромно лег на краю широкой кровати, потом не выдержал, повернулся и нырнул под одеяло к бывшей жене. Они обнялись порывисто, страстно и привычно...
Степан Степанович зашел в квартиру к Инессе Евгеньевне:
- Здравствуй, хозяйка! Не прогонишь? Мы одним миром с тобой мазаны, дерево любим.
- Чего от меня хотите?
- Любви.
- Вы в своем уме? - от возмущения у Инессы Евгеньевны голос стал прерывистым.
- А чего уж я такого предложил? Просто я соскучился. У нас с Вами связь крепче, значит, и любовь будет крепче.
Инесса Евгеньевна задумалась, вспоминая, что там у нее по плану в ее жизни написано, но вспомнить слова астролога не смогла. Она внимательно посмотрела на Степана Степановича:
- Вам сколько лет, молодой человек?
- Я Степан Степанович, мне много лет, я бобыль. Так чем мы не пара? Я знаю больше о Вас, чем Вы можете представить. Вы старше меня, но лет на семь, не больше, а семь лет никогда не считаются...
- Вам сорок лет? А мне сорок семь. Вроде и не старая женщина.
- А кто сказал, что Вы старая? Кормить меня не надо сегодня. От Вас я в трех автобусных остановках живу. Вы не бойтесь, у меня есть квартира.