У Ксении она в итоге провела несколько часов, пообедала и заслужила звание хорошего человека, которому стоит заходить в гости почаще. Тори пообещала этим правом воспользоваться и пригласила новую знакомую с собой на прогулку, но та отказалась.
– Медицинские процедуры, – коротко пояснила Ксения. – Мне это нужно иногда. Но еще встретимся! С Ильей тебя познакомлю, когда он будет в настроении.
– Да, конечно, буду рада!
Хорошо, что Ксения завела об этом речь сама. Так будет проще, когда Тори все же воспользуется ее предложением.
Но произойдет это не сегодня, потому что такое повышенное внимание к случайно обнаруженному безвестному композитору насторожило бы кого угодно. Тори хотелось побыстрее покончить с навязанным ей заданием и получить долгожданный ответ, но она понимала, что спешить нельзя. Недавняя перезагрузка помогла, она больше не поддавалась эмоциям и не пускала в душу тревогу.
Если Илье ее представит Ксения, это будет гораздо лучше, чем соваться к нему самой. Ей было выгодней подождать, чем все испортить одним махом.
Да и ждать в Малахитовом Лесу несложно. Время здесь шло по-другому, отключенный интернет давал возможность не утыкаться в экран, а смотреть по сторонам. Погода баловала теплом, весенние дни почти не отличались от летних. Тори зашла в свой временный дом лишь для того, чтобы оставить там куртку. Задерживаться внутри она не стала, не было нужды, ее давно уже манил лес, и сейчас появилась отличная возможность познакомиться с ним.
Лес и правда казался малахитовым, название придумали удачно. На его территории переплетались все оттенки зеленого – от нежнейшего кремового до темного, почти черного. Первая трава против вечной хвои. Аккуратно разворачивающиеся кружочки березовых листьев против набирающих силу дубовых. Деревья, которые видели так много, что и представить сложно.
В лесу были дороги, однако Тори специально надела высокие ботинки, чтобы идти по парной земле, выпускающей в мир мягкие листики земляники и жесткие веточки черники. Иногда под подошвами пружинил мох, иногда еле слышно хрустели сухие сосновые иглы, нападавшие ковром. Это был незнакомый лес, но похожий на те, в которых она уже бывала. Тори даже порой позволяла себе верить, что она все еще там… Маленькая девочка в красных сапожках, для которой аллея из молодых елочек – лес, а королевские сосны – гиганты, наблюдающие за ней с нереальной высоты. В том лесу она была не одна, она догоняла высокую темную фигуру и увлеченно рассказывала что-то про толстого радужного жука, который жует сыроежку.
Так больше не будет, но обмануться несложно – когда солнце слепит глаза и можно поверить, что там, за сияющими лучами, действительно кто-то есть. Ну и слезы на глаза наворачиваются, конечно, от солнца.
Тори пришла сюда просто так, чтобы окунуться в весну, как в теплую чистую воду. Цель у ее прогулки появилась куда позже – когда она добралась до старинного дуба и увидела среди его веток, едва тронутых листвой, темное пятно.
Дуб казался высоким, как трехэтажный дом, а пятно оказалось человеком, удобно устроившимся на массивных ветвях. Вид оттуда, должно быть, открывался сказочный – на крепостную стену сосен и лоскутное одеяло полей. Но даже ради бесподобного вида Тори не рискнула бы карабкаться на такую высоту.
– Вы нормальный вообще? – не выдержала она.
– А вы всегда начинаете светскую беседу с хамства? – равнодушно осведомился Градов.
– Простите, не удержалась. А вот вы, пожалуйста, удержитесь, я вас до поселка не дотащу, да и мешка у меня нет, чтобы вас собрать. Но все-таки, почему вы там?
– Потому что площадки для скалолазания в Малахитовом Лесу нет, а форму нужно как-то восстанавливать.
– Вы уверены, что вам уже можно?
Вопрос был неслучайным: Тори оказалась ближайшей соседкой Градова, она то и дело слышала, как он кашляет, сухо и долго. Правда, в последнее время стало получше, но вряд ли врачи разрешили бы ему изнурять себя такими нагрузками.
Это если бы он спросил у врачей разрешения. Тори деньги готова была поставить на то, что он ничего ни у кого не спрашивал.
Градов даже ответить не потрудился, всем своим видом показывая, что Тори его раздражает.
– Ну и кто сейчас хамит? – поинтересовалась она. – Пассивная агрессия – тоже хамство, если что.
– Виктория, вам больше делать нечего? Того, что вы ищете, в этом лесу нет. Точнее, кого.
Тори не собиралась втягивать его в беседу, она готова была ограничиться колкостью и уйти, но теперь Градов ее задел, заставил насторожиться. Неужели он знает?.. Немыслимо, не мог! И про кого именно он знает – про Шведова или того самого человека?