Задумалась Ягинда, а после сказала:
– Ночь кровавой луны случается раз в сто лет. В эдакую-то пору пробуждается древняя магия, скрытая от нашего взгляда в повседневной суете. И все становится возможным. Может, и перстень для этого надобен. Только ведь не простой безделушкой должен он быть, а особой силой обладать. – Ягинда помолчала, а потом продолжила: – Вели воду греть, а как закипит, то пусть ее сюда принесут.
– Эй, кто там! – крикнула Зимава, что означало: «Исполнять немедля!»
Вскоре принесли воду, и Ягинда принялась колдовать (а чего ж ей еще делать, коль так и прозывается – лесной колдуньей?). Сначала она кинула в котел какие-то травки, а затем стала произносить заклинания. То ли от травок тех, то ли от заговорных слов закипело, забурлило волшебное варево. Потянулся дымок, и тогда Ягинда наказала Зимаве неотрывно смотреть на воду.
– Смотри, Зимава, смотри, княгиня, да повнимательней вглядывайся, укажет тебе заговоренная вода, где тот перстень сыскать…
Зимава вглядывалась в колдовское варево… ничего не видно, только дымок из котелка поднимается.
– Нет здесь ничего.
– Смотри, смотри.
Вскоре забурлило, закипело, и вода, как будто расступившись, показала княгине знакомые места. Увидела она то самое ущелье, в котором когда-то юная Зимава с Белогором хотели укрыться от Глада и его воинов. Белогор спешил и, держа ее за руку, бежал по горной тропе.
– Гляди, гляди, княгиня! – поучала Ягинда.
Но Зимава и так знала, что будет дальше. В памяти сами собой всплывали те страшные события, которые она с годами забыла. Как давно это было? Сколько воды утекло с той поры? Теперь она княгиня и хозяйка замка Альмагир. У нее есть все, что может пожелать душа, но нет рядом близких людей. Она потеряла все, что было ей дорого. Она потеряла сына.
«Если сердце бьется рядом». Кажется, такие слова были написаны на малахитовом перстне, который подарил ей Белогор. Теперь она по-другому воспринимала эти слова. Тогда она хотела жить, а теперь, не задумываясь, отдала бы жизнь, чтобы еще раз взглянуть в глаза своему мальчику.
– Гляди, гляди, княгиня! – повторяла Ягинда.
И Зимава вглядывалась в колдовское варево, которое вело ее все дальше. Она видела и разгоряченные погоней лица своих преследователей, и как камнем полетел вниз Белогор, и как она, испугавшись, осталась стоять наверху. Она видела и Глада, который осторожно подошел к ней и увел от края страшного обрыва. Глад… когда-то она ненавидела его, а теперь он стал ее верным другом.
Зимава вспомнила все, что случилось в тот день, с которого началась ее новая жизнь. Зачем Ягинда показывает ей все это? Зачем бередит воспоминания? Зачем наказывает вглядываться в свое зелье? Ведь не за этим она велела Гладу привезти ее в замок.
И вдруг… что это? Она вырвалась из сильных рук Глада и, подбежав к обрыву, кинула в него малахитовый перстень… Уж не об этом ли перстне говорил ей во сне Кудеяр? Уж не его ли нужно принести к Змеиной горе в ночь кровавой луны?
Показав ей картины прошлого, колдовское варево утихло. Исчезли и ущелье, и Глад, и его воины. Исчезла и сама юная Зимава, и…
– Перстень, – произнесла княгиня. – Был у меня перстень. Сам из серебра, а внутри камень, что малахитом зовется. Да так стало, пропал тот перстень.
– Знать, чтоб княжича сыскать, нужно тот самый перстень найти, – молвила колдунья.
– Отыщи его. – Зимава нарочно умолчала о том, что сама бросила перстень со скалы в ущелье. – Отыщи его, Ягинда.
Княгиня была взволнована, сердце колотилось в груди так, что не унять. Как отыскать перстень, канувший в пучине времени?
– Да как же я найду его? – удивилась Ягинда. – Это невозможно. Тем более что ночь кровавой луны наступит совсем скоро, через три дня.
Зимава и сама понимала, что найти тот самый малахитовый перстень невозможно, но у нее не было другого выхода. Она дала понять, что разговор окончен, и устремилась к выходу. Пройдя всего несколько шагов, княгиня остановилась:
– Ягинда, отыщи перстень. Сроку тебе три дня. Справишься – дам тебе столько золота, сколько сможешь унести. Нет – не взыщи…
– Да на кой мне ваше золото! – буркнула ей вслед колдунья.
Глава 4
Присмотри за ними, друг мой
Едва Зимава удалилась, Глад сказал:
– Ягинда, сыщи перстень. Что хочешь делай, но, чтобы через три дня перстень был.
– Глад, – изумилась Ягинда, – сам посуди, тот перстень сгинул много лет назад. Найти его никак невозможно. Да и устала я с дороги – годы уже не те.
– Ну, это мы быстро поправим.
Глад кликнул стражников, и на зов его мигом явились двое уже знакомых лесной колдунье удальцов: