– Вижу, ты расплела косички, – заметила Юля, глядя на растрёпанные ветром русые пряди. Действительно, предыдущие разы Олеся щеголяла разноцветными «змейками», вызывая смех у Артёма, неизменно вспоминавшего шутку про Медузу Горгону.
– Мама сказала, что хватит, – и Олеся тем же смешным жестом потрогала волосы. Потом она удивлённо посмотрела на Настю: – Ты почему дрожишь?
– Холодно, – Настя постучала каблуком по земле. И тут Олеся сделала удивительную в своей простоте вещь – подошла и обняла Настю. Просто протянула руки и прижала её к себе крепко-крепко, как мать прижимает к груди младенца. Настя вся просто расцвела от улыбки и тоже обняла Олесю.
Так мы узнали, что Олеся не боится людских прикосновений.
В это время кто-то из мальчишек – кажется, это был Максим, – пнул мяч с такой силой, что он ударился в сетку, отрикошетил и отлетел к противоположной стороне площадки. Удар был сильный – неудивительно, что Олеся дёрнулась, испуганно вскрикнула и отшатнулась, выпустив Настю. И только тогда наши футболисты её заметили.
– О, Олеся! – они покинули площадку и окружили её. Только Никита остался наблюдать, лениво попинывая мяч. Я видела, как он что-то спросил у Димы и склонился к нему, выслушивая ответ.
– Как дела? Что нового? – поинтересовался Максим.
– Ничего. Всё хорошо, – Олеся часто моргала и оглядывалась, словно ища кого-то. Вдруг её лицо просветлело – я проследила за её взглядом и поняла, что она смотрит на Вадима. Тот тоже заметил этот взгляд и помахал девочке, но она подошла к нему и, ласково улыбаясь, протянула руку.
– Это уже целый ритуал, – фыркнул Артём, глядя на Олесю и Вадима, пожимающих друг другу руки.
– Хочешь шоколадку? – Влад распечатал батончик – кажется, это был «Сникерс» или «Марс». – Только не бросай её, как тогда, ладно?
– Ага. Только, – Олеся вдруг побледнела, – мне нельзя есть на улице. И брать еду у чужих тоже нельзя.
– Мы не чужие, – похоже, Влад действительно обиделся. – Мы твои друзья. Ты думаешь, мы отравить тебя хотим?
– Нет, – она ещё больше побледнела и отступила чуть назад, точно готовилась убежать.
– Влад, может, она не хочет, – недовольным тоном заметила Аня. – Зачем её заставлять?
– Я не заставляю, – он нахмурился ещё сильнее. – Я просто хотел угостить... по-братски. Он мне моего младшего брата напоминает.
– Он что, тоже того? – Никита, непонятно как оказавшийся рядом, покрутил пальцем у виска.
– Иди ты, – Влад пихнул его локтем. – Он просто маленький.
– А она разве маленькая? Вон какая лошадь здоровая, – Никита ухмыльнулся.
– Иди отсюда, – Влад покраснел и повернулся к Олесе. – Так что, будешь батончик?
Олесе явно хотелось сладкого – она непроизвольно облизнулась, сделала несколько шагов вперёд и уже протянула руку, но тут её остановил Артём.
– Подожди, – он взял у Влада батончик. – Сейчас я задам тебе вопрос. Если ты ответишь, то получишь шоколад. Идёт?
– Ага, – Олеся кивнула.
– Какая часть человеческого тела способна увеличиваться в шесть раз?
– В пять, – поправила его Марина.
– Какая разница, – отмахнулся он.
Лицо у Олеси стало такое, что я решила, будто она совсем не поняла смысл вопроса. Спросите первоклассника о квантовой физике – примерно так же он будет на вас смотреть. Глаза широко распахнуты, глядят с недоумением, рот полуоткрыт, а в сероватой синеве ни одной мысли. Мне стало жалко Олесю, и я уже готова была отобрать у Артёма шоколад и отдать ей – клянусь, я бы сделала это! Но тут девочка оглядела своё тело и тихо произнесла:
– Нога?
– Надо же, понимает! – удивился Дима.
– Выше, бери выше! – подсказал Максим.
– Рука? – она осмотрела свои собственные руки, как будто они могли удлиниться прямо сейчас.
– Ещё выше!
– Голова?
– Ну ты даёшь! – Артём не выдержал и заржал. – Разве у тебя голова увеличивается в пять раз?
– В шесть же... – растерянно прошептала Олеся. – Может, не у меня, так у других.
Артём продолжал хохотать, не обращая никакого внимания на её фразу. Максим подбадривающе улыбался, Марина поджимала губы, Юля-активистка явно сердилась, а мне становилось прямо тошно. Неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы не вмешался Вадим.
– Язык! – произнёс он так громко, что по двору разнеслось лёгкое эхо. – Давай, – он протянул ладонь, и Артём с неохотой положил в неё батончик.
– Отбираешь еду у бедной больной девочки? – съязвил он.
– Не-а, – Вадим спокойно подошёл к Олесе и протянул ей лакомство. – Держи.
– Но я же не ответила, – она отступила и спрятала руки за спину.
– Держи, говорю, это подарок! – он настойчиво протягивал батончик. Наконец Олеся осторожно взяла его, развернула, откусила... Всё лицо её снова засветилось, да так, что некоторые из наших засмеялись.