— Я тоже, — ответила я, откидываясь назад. — Через месяц будет ровно год, как его не стало.
— Ты поэтому не меняла ничего в его офисе?
Я осмотрела по очереди все его награды, все фото, всю... жизнь... которая висела на стенах его кабинета. Теперь это мой офис, но навсегда останется его.
— Да. Кроме того, мне нечем это заменить.
Что я могла повесить? Мой диплом из колледжа? Было как-то странно сравнивать... учитывая, что мой дедушка никогда не учился в университете. Хотя он получил множество почетных наград.
— У тебя впереди долгая жизнь. Уверена, что ты заменишь — нет — сделаешь еще больше великого, — сказала она, поднимаясь и щелкая пальцами. — Как твоя книга! Почему мне первой не досталась копия финального черновика? Я слышала, что Рафи предложил режиссировать ее, если она когда-то станет фильмом. Он сказал, что, по всей видимости, будет нечто выдающееся. Это о японских интернированных лагерях, да? Когда будем издавать?
— Пока не получу согласие, — прошептала я, тоже вставая.
— От кого?
— Спасибо, что выпила со мной, Шеннон. — Я кивнула ей. Понимая, что я не хочу говорить об этом, она не стала давить и вместо этого улыбнулась, и вышла.
Возле своего стула я нажала кнопку удаленного управления, которая перевела стеклянные стены в матовый режим.
Переключая внимание на экран компьютера, я увидела, что слово ПОДТВЕРДИТЬ все еще там.
Пролистав наверх, я нажала «Да», но все, что я увидела, было «Ошибка: Срок запроса истек. Пожалуйста, забронируйте рейс еще раз».
Но когда я попробовала забронировать, на рейс не осталось мест. Я не могла сдержать смех, откидываясь в кресле, в котором было неловко находиться. Спустя почти год оно все еще сохраняло очертания фигуры моего деда и никак не принимало мои.
— Почему так просто уехать из Либер Фоллс, но стольких усилий стоит туда попасть?
Был ли он еще там?
Я ехала не к нему. Не к нему. Я ехала увидеть мистера и миссис Ямаучи. Я хотела, чтобы они прочли книгу и высказали свои мысли. Но я знала, если поеду... кончится тем, что я попытаюсь снова его увидеть, даже если затем, чтобы врезать ему, как следует.
Малакай Лорд. После всего, что мой дед сделал для него, он даже не пришел на похороны? Почему? Потому что он был занят Ли-Мей. А она в это время была занята сексом еще кое с кем!
— Мисс Ноэль?
— Что?! — огрызнулась я и, оборачиваясь, увидела на себе удивленный взгляд карих глаз Адита — робкого, менее модного младшего брата Рафи. — Извини. Входи. Что такое?
— У вас встреча с юристами из Семи-Тед-Интертейнмент. Опоздаете, если не поедете сейчас. Я вызвал машину. Я слышал, что мистер Рикман любит много поговорить, поэтому передвинул вашу встречу на пять тридцать. Это позволит вам без спешки встретиться с мисс Жу, чтобы затем отправиться на прием. Ваше платье отправили вам домой, но может его доставить сюда?
— Лучше сюда. По дороге из дома большие пробки, — ответила я, когда он подавал мне сумку и пальто.
— Без проблем, — сказал он, уже набирая сообщение. — И я предупрежу их, что вы в пути.
Я кивнула, застегивая пальто и надевая свои кожаные перчатки Прада. Захватила очки, которые мне нужны не только от солнца, и вышла из офиса вместе с Адитом, который следовал за мной. Все в Хайв смотрели на меня, и я уже не в первый раз осознала, что перестала быть прежней. Я знала, что мой дед был важным человеком — что его работа была важной, но лишь после его смерти я увидела всю значимость того, о чем мне предстояло позаботиться. Я осознала, что он удерживал небо у меня над головой... позволяя мне просто наслаждаться молодостью без лишних мыслей о чем-либо, кроме себя самой. А теперь, когда его не было, я больше не могла думать только о себе.
Наследие моего деда. Все им созданное, все, чему он посвятил жизнь, я не могла и не стала бы пускать на самотек. Поэтому я не могу быть им другом... не могу дать им приблизиться, не такому количеству людей, которые хотят оставить меня ни с чем. Я должна быть Эстер Ноэль, и солнечные очки помогают создать нужную дистанцию. Если они не смогут посмотреть мне в глаза, они не увидят, насколько я слаба.
— Приятного обеда.
Кивнула я ему и зашла в лифт. Как только дверь закрылась, внутри кабины ко мне повернулась одна из стажеров.
— У нас одинаковый вкус! Лучшие сумочки — от Кристиана Лабутена. У меня точно...
— Не старайтесь, — сказала я, когда двери открылись на первом этаже. — Не надо лгать, чтобы сблизиться со мной. Особенно в тех случаях, когда не разбираетесь. Это не Лабутен. Туфли да, но сумка от Оскар. Их всего три в мире, и две из них мои.