— Так и зачем вообще чашки...
— Потому что я в любое время могу что-то приготовить.
Он снял одну и показал мне сияющее дно из нержавеющей стали.
— Любое время — это когда? Потому что эти, кажется, никогда не были на плите.
Я пригляделась к нему, но он только самодовольно усмехнулся в своем стиле и отошел к раковине наполнить чашку водой. Я недолго смотрела на него. Он так легко передвигался по моей кухне, словно был тут тысячу раз. Был таким расслабленным... и счастливым. Он больше не шагал так, словно нес на своих плечах бремя целого мира. Казалось, что он обычный парень, который просто хотел сварить кофе дома у своей девушки.
Но он не был обычным парнем.
А я не была его девушкой.
— Ты поцеловал меня! — произнесла я, и Малакай замер на мгновение, но так и остался стоять ко мне спиной. — Ты сказал, что совершил ошибку и поцеловал меня.
— Поцеловал, — ответил он тише и намного серьезнее, когда переливал кофе в кипящую воду.
— Малакай, — я глубоко вдохнула, — это безумие! Ты не можешь вот так просто появляться! Ты не можешь так просто... говорить все, что ты сказал, и притворяться, что все нормально! Я не... Я не та, кто ты думаешь, и...
— Когда я рассказывал тебе историю Обинны и Адаезе, ты поняла, что я говорил на другом языке? — прервал он меня вопросом. Отвернувшись к плите, он перелил медно-золотую жидкость в кружку и снова повернулся ко мне.
— На каком языке?
— Игбо15, — ответил Малакай. Он не подошел ко мне ближе, а просто облокотился на стойку. — Ты не знаешь этот язык, а даже если знаешь, он не такой, как современный игбо, который ты учила по книгам или в колледже. Он похож, но не настолько, чтобы полностью проследить за рассказом от начала до конца.
Я не знала, что ответить, потому что не знала даже современного игбо... и как я тогда его поняла?
— Все языки связаны, и, может, у меня получилось...
— Я встретил Ли-Мей, — признался он, все так же глядя на меня. Я словно приклеилась к месту его голубыми глазами и не могла отвести взгляд. — Я ожидал... Я ждал, что нахлынут чувства и эмоции. Но стоял перед ней и ничего не чувствовал. Но как только я дотронулся до изношенного экземпляра «Антигоны» Софокла, в сердце будто вспыхнул пожар. И это случилось не просто потому, что это тоже наша история, а потому, что владелец книги — ты — потратила уйму времени, читая и перечитывая ее, ты просто впечатала часть себя в книгу. Я тронул ее в первый раз, как встретился с Ли-Мей, и по ошибке думал, что книга принадлежала ей. Так же, как я ошибочно решил, что ее кольца стали причиной, затронувшие мои воспоминания, хотя на самом деле это сделал тот первый раз, когда мы формально познакомились с тобой в этой жизни. Я просто дурак и сделал выводы от страха...
— Что ты и сейчас делаешь! — я не знала, почему кричала, но меня охватил жар, а сердцу было так больно, что стало больно везде. Я подвинулась ближе. — Ты можешь так же ошибаться и со мной, и это нормально, потому что...
— Ты любишь меня? — спросил он и поднес кружку к губам.
— Я никогда этого не говорила, — ответила я, качая головой.
— Я вот тебя люблю, а я никогда не любил никого, кроме тебя...
— Не говори так! — Я приложила руки к вискам, стараясь дышать. — Ты не можешь просто...
Я хотела продолжить, но боль обострилась... и все отдалось в голове. Я схватилась за край стойки.
— Эстер! — Он удержал меня, а я пыталась набрать воздуха, который никак не проходил в легкие.
— А-ах... — Перед глазами расплывались пятна, и чем больше я старалась дышать, тем больнее становилось. Малакай крепко прижал меня к себе, я чувствовала, как его руки обнимают меня. Должно было стать хуже, но вместо этого... вместо этого мне стало легче.
— Ш-ш-ш... все хорошо. Я знаю, это больно, — шептал он мне на ухо, поглаживая по голове.
Я держалась за него по ощущениям вечность, прежде чем нашла в себе силы снова дышать.
— Что происходит? — шепнула я больше себе, чем ему, немного отстраняясь от его рук.
— Чем сильнее мы сопротивляемся воспоминаниям, тем больнее становится, — ответил Малакай, нежно поглаживая меня по голове, когда я смотрела на него. — Сначала немного больно, но все будет в норме.
— Это не норма. — Покачала я головой и отпустила его... но совсем не хотела, чтобы он отпускал меня. Он поднес чашку с кофе к моим губам.
— Это уймет головную боль. Кофе снижает давление в мозге, и мигрень отступает. — Передал мне чашку Малакай.
На мгновение я уставилась на него, потом взяла ее и выпила.
— Ох, — сморщилась я. На вкус как горелая кора дерева. — Как ты это пьешь?