— Спасибо, Понент, — сказала Брианна. — Я буду стараться.
Затем демонесса заклубилась дымным облаком, которое перенесло их обратно в демоническую душевую.
Та оставалась нетронутой. На крючках продолжали висеть губка и полотенце, на стене крепилась раковина, под ней стоял кувшин. Никаких признаков кольца.
— Зачем демонам душевая? — спросил Ксет.
Метрия рассмеялась.
— Это шутка! Демонам мыться ни к чему. Мы просто испаряемся, а грязь и пыль падают на землю.
— Значит, она предназначена для смертных посетителей? — уточнила Брианна.
— У нас редко бывают гости. Это просто комната-шутка.
— И всё же моё чувство продолжает утверждать, что Кольцо Огня здесь. Почему оно находится в неиспользуемой комнате? — Брианна замолчала, над её головой замерцала тусклая лампочка. — Чтобы его не нашли! Никто сюда не заглядывает. Оно должно быть тут!
— Вот только его нет, — непреклонно заявила Метрия.
— Заявила как? — переспросил Ксет.
— Твёрдо, бескомпромиссно, незыблемо, непоколебимо…
— Первый вариант был правильным! — огрызнулась Брианна.
Оба они выглядели ошарашенными.
— Прошу прощения, — извинилась демонесса.
Брианна сосредоточилась на комнате.
— Надо искать лучше. Пусть невидимое, но оно здесь.
— Иногда очевидное сбивает с толку не меньше, чем невидимое, — заметила Метрия. — По крайней мере, в классе Балломута. Помню, он как-то потребовал, чтобы мы догадались, почему новые взрослые лишены магических талантов, и вымыл меня из класса, когда я не поняла причины. Я не сразу осознала, что вопрос был с подвохом.
На мгновение Брианна отвлеклась.
— Но обыкновены, придя в Ксанф, не получили талантов. Я — единственное известное исключение, и лишь благодаря особой сделке. Тебя должны принести аисты, только тогда ты получаешь талант. Не просто родившись.
— Видишь, он запутал и тебя.
— Но каждый знает…
— По словам профессора Балломута, у всех каша вместо мозгов.
— Но ни один представитель Чёрной Волны не обрёл магического таланта, едва появившись в Ксанфе. И я, в том числе. Только дети, которых позже принесли аисты. Таким образом, личный опыт говорит мне, что…
— Личный опыт, по его утверждению, ничего не значит. И он доказал это.
— Доказал? Как?
— Приведя с собой смертного из Обыкновении, чьим талантом была металлергия.
— Ты имеешь в виду металлургию? — уточнила Брианна, пытаясь отсечь возможные альтернативы. — Работу с металлами?
— Нет. Мет-аллергия. Его работа с металлами заставляла окружающих чихать.
— И он эмигрировал из Обыкновении? Талант стал мощнее во время жизни здесь? Мне трудно в это поверить.
— И мне, — кивнул Ксет.
— Магия проникает в выходцев из Обыкновении слишком медленно, чтобы проявиться до тех пор, пока не станет слишком поздно. Поэтому обыкновены считают, что не наделены талантами, и перестают их в себе искать. Дети отзываются на магию гораздо быстрее, и их таланты, соответственно, тоже проявляютя быстрее. Профессор говорит, что любой, проживший в Ксанфе больше пяти лет, обладает талантом. Знали бы они все!..
— Будь я блипнута! — воскликнула Брианна. — Никогда бы не подумала!
— Типичное мышление черепа, набитого опилками.
— Ты права. Но как так получилось, что никто не подозревает об этом до сих пор?
— Это просто один из неясных фактов, которыми Балломут любит баламутить умы своих студентов. Никому не интересно.
— Может, демонам и неинтересно. Но бьюсь об заклад, большинству смертных будет весьма и весьма любопытно. Надо будет сказать им заняться поисками талантов в себе, когда эта миссия закончится. — Тут Брианна вернулась в настоящее. — Значит, это ещё одна загадка. Мне просто надо увидеть кольцо, очистив свой череп от опилок.
— Наконец-то до тебя дошло, Винни Пух. — Демонесса превратилась в медведя, из которого щедро посыпались опилки.
— Ладно, я пытаюсь поменять угол зрения, чтобы увидеть пропущенное раньше. — Брианна зажмурилась и, вновь открыв глаза, осмотрелась.
— Но мы видим всё, — возразил Ксет. — Кувшин, раковина, кольцо, на котором висит полотенце… всё.
Челюсть Брианны упала.
— Кольцо, на котором висит полотенце! Это оно и есть.
— Так ведь оно не огненное, — запротестовала Метрия.
— Как знать. — Брианна приблизилась к умывальнику и ощупала кольцо, на котором висело полотенце. Наощупь то оказалось горячим. Девушка сжала пальцы, потащила к себе — и внезапно полотенце стало тем, чем было изначально: танцующими вокруг кольца языками пламени. Хорошо, что кожу они не обжигали. По мере движения кольцо съёжилось, уменьшившись до размера обручального.