— Но красивое, — вставила Вира.
— Я считал, что его надо просто принести Синтии, — недоумевал Че. — Это ведь её миссия, и именно ей предстоит найти Малакучу.
А твоя задача — ей помочь, — напомнила Зиззива. — Пора обратно. — И она взобралась на его спину.
— Эм, да. Спасибо, Дара, Дафри и Вира. Я искренне ценю…
— Ой, да хватит уже, — фыркнула Дара и шлёпнула Че по крупу. Ошеломлённый, он пустился вскачь, и вскоре уже был посреди сада-лабиринта, где, подстегнув себя и Зиззиву хвостом, расправил крылья и взлетел.
— Не уверен, что мне это нравится, — заметил он, набирая высоту.
— Какая жалость, — без следа сочувствия в голосе откликнулась Зиззива.
Глава 5
Кольцо Идеи
Джастин смотрел, как Брианна уходит с королём Ксетом. Его мучала ревность, поскольку когда-то Ксет хотел жениться на Брианне, однако Джастин укорил себя за подобное чувство. В конце концов, у него не было сомнений в верности ему Брианны или Ксета — Зиззиве. Куда больше он тосковал с непривычки: с тех пор, как из дерева он превратился в молодого человека, они с Брианной были неразлучны, и теперь его душе будто не хватало чего-то очень важного. Он пробыл деревом так долго, что вновь стать человеком казалось странным, и поддержка Брианны много значила для Джастина. Они собирались пожениться, и, хотя девушке нравилось притворяться, что она завлекла его в брак силой или хитростью, он на самом деле этого хотел.
Но теперь ему придётся выбрать собственного зомби-проводника и отправиться на поиски одного из колец Ксанфа. По словам короля Ксета, все хранители колец были здесь — оставалось лишь надеяться, что перед Джастином встанет не очень сложная задача.
Он повернулся к ближайшему зомби, который ещё не успел уйти дорогой смерти далеко. За прошедший год он повстречал множество зомби, однако этого в их числе не было. Он явно обитал не в окрестностях замка зомби.
— Привет.
— Приф-фет, — отозвался зомби.
— Я — дерево Джастина. А как звать тебя?
— Нешут.
— Нешут, ты знаешь, где находится кольцо Ксанфа?
— Да.
— Которое из них?
— Кольцо Ит-ти.
Надо уточнить.
— Пожалуйста, произнеси по буквам.
— И-и-и Д-д-е-е Я-а-а.
— А, Идейное Кольцо. Подойдёт. Отведи меня к нему.
— Нни-из-зя-а.
— Нельзя? Почему?
— С-слош-шно.
— Сложно объяснить?
— Да.
Джастин поразмыслил. Мозги зомби, как правило, пребывали в плачевном состоянии, и лучше всего было поддерживать с их обладателями простые диалоги. Однако и обойти эту сложность молчанием возможности не представлялось.
— Придётся нам всё-таки разобраться. Почему тебе сложно объяснить?
Нешут заговорил — сбивчиво и шепеляво. Джастин сосредоточился и, задавая наводящие вопросы, постепенно выстроил историю.
Когда-то Нешут был юношей, умевшим заставлять каламбуры исчезать. Он водил знакомство с девушкой по имени Шутница, чьим талантом было каламбуры создавать. Таким образом, их таланты аннулировали друг друга — неосознанно. Просто, куда бы Шутница не пошла, на её пути вырастали каламбуры, а куда бы ни направился Нешут, они пропадали. Поэтому они везде ходили вместе, и количество каламбуров в Ксанфе не менялось. Разумеется, некоторым из сотворённых ею удалось ускользнуть, а он случайно уничтожил несколько старых, но в целом проблем не было.
Потом они угодили в неприятности. Джастин не понял, о чём точно шла речь: о драконе или другом чудовище, которое напало на них, угрожая проглотить Шутницу, показавшуюся ему аппетитной… В любом случае, Нешут бросился на её защиту. Вместо девушки монстр убил его.
Шутница горько плакала, но вернуть друга к жизни не могла. Каламбуры выходили у неё случайно, а даже если бы она создавала их намеренно, какую шутку можно было бы придумать в столь печальный момент? Поэтому она поступила иначе: отнесла тело Нешута в замок зомби и умолила Повелителя Зомби его оживить, чтобы он мог влачить хотя бы посмертное существование. Тот выполнил её просьбу, однако талант юноши исчез. Никто не знал, почему таланты одних зомби сохраняются, других — действуют лишь частично, а третьих — и вовсе пропадают, но это было так.
— Любопытно, почему, — задумчиво проговорил Джастин. — Не вижу никаких очевидных причин или хотя бы зацепок.
— Н-не з-знаю.
— Может, дело в свежести? Как только ты пробыл мёртвым до зомбирования?
— Т-три-и дн-ня.
— А другие зомби, пролежавшие столько же времени, сохранили свои таланты?