– Полиция выпишет чек на сумму оценки, – отрезала посол.
– У нас нет недостачи! – заявила Клайва.
– Можно мне пустую коробку? – попросил я.
Клайва передала мне деревянный ящик. Я пошел вдоль стеллажей, снимая чужие драгоценности. Затем перешел в ту часть зала, где выставлялось оружие.
– Вот эта сабля!!!
– Что в ней не так? – спросила Клайва.
– Она единственная из коллекции, остальное здесь чужое.
– Описание полностью соответствует! – возмутилась Клайва.
– Этой эльфийской сабле тысяча лет? На ней клеймо графини Ларош? Или вы даёте сто плетей всем своим ворюгам, и они возвращают экспонаты, или вы выписываете чек. Выбирайте!
– У меня дела в посольстве, – заявила Френси.
– Я вернусь завтра утром. Это последний срок, законопослушная Клайва!
– Вымогатель, – услышал я уже в дверях зала.
Мы вышли из здания вместе. Френси рассыпалась в благодарности, наговорила столько комплиментов, что я заподозрил её в желании поручить мне еще какое-то неприятное задание.
– Завтра ты получишь коллекцию. Когда собираешься в Штаты? – спросила Френси с намеком.
– Мои дела здесь далеки от завершения, – я не оставил ей ни шанса на выпихивание меня из Мокко.
– Я могу помочь…, - продолжила натиск Френси.
– Я давно уже не маленький мальчик, и справляюсь со своими проблемами сам, – мой тон стал недопустимо резким.
– Да? Мне сегодня пойти в банк? Почему чек выписан от имени некого Филиппа? – сладким голосом спросила Френси.
– Мои дела крайне далеки от дипломатии. Мне нужно найти боевиков, убивших четырех моих знакомых. Это определенно люди бывшего шефа полиции. Когда у убийц начнутся «неприятности» наше посольство не должно иметь к этому ни малейшего касательства.
– Тогда я пошлю в Штаты курьера. Иначе караваны из Доминиона начнут обирать на границе уже через двадцать дней, – сделала вывод Френси.
Утром я долго-долго завтракал, давая возможность для Клайв подготовиться. Потом долго-долго ехал, останавливая извозчика по любому поводу. Выставочный зал был на четверть пуст. Я поздоровался с Клайв. Мы методично обошли стеллажи, Клайв держала коробку, а я складывал туда чужие драгоценности. У тех позиций в списке драгоценностей, где мне казалось, что новый экспонат был не хуже старого, я делал пометку.
– Это чужая вещь, – комментировал я для Клайв, – Но её качество хорошее. На мой взгляд, эту замену можно оставить.
– Спасибо, милорд, – каждый раз благодарила коп.
– Самая большая ваша неприятность – это отсутствие первого номера в списке. Перстень с красным бриллиантом, по оценке ювелира, стоит двадцать тысяч.
– Это огромная редкость. Его обязательно найдут, – заверила меня Клайв.
– Не в этом веке, так в следующем, не у нас, так в Герцогстве, – я охотно согласился.
Мы перешли в отдел оружия. Тут тоже отсутствовал первый номер списка – «эльфийская» сабля с графским клеймом.
– Еще двадцать пять тысяч, – огорчил я копа.
Оружие стоило не так дорого, поэтому я выбрасывал со стеллажей даже вполне хорошие замены. Попросту минимизировал груз.
– Будем считать размер чека, или вы сделаете еще одну попытку. Ваша работа заслуживает уважения. Я в восхищении, – похвалил я Клайв.
– Я достаточно нажила себе врагов, вчерашними угрозами в адрес подруг. Меня могут наказать за слишком большой размер чека, но быть цепной собакой мне надоело.
Мы посчитали по оценочной ведомости недостачу, подписали передаточные документы, Клайв помогла мне упаковать оружие и драгоценности. Мой шикарный Буцефал недовольно ржал, когда его превращали во вьючное животное.
– Через два часа, милорд, вы можете получить в управлении свой чек, – обрадовала меня Клайв.
Я приехал в отель к банкирше Эггерт, обрадовал её, что суд полностью очистил её доброе имя.
– На завтра назначено заседание в министерстве финансов. Судебное решение туда уже передано. Как только министерство даст своё заключение, можно будет выходить на работу. Предлагаю вам переехать к дочери, там более комфортно.
– Да. Я сильно соскучилась по дочери. Сейчас соберу вещи, – обрадовалась Эггерт.
Я предупредил охранниц, что мы переезжаем.
Тося с визгом бросилась матери на грудь. Охранницы принялись обследовать квартиру. Я отнес драгоценности и оружие в кладовку, затем коротко попрощался и поехал в полицию за чеком.
В посольство я заехал вернуть свой старый чек на пятьдесят тысяч. Френси начала насмехаться надо мной, формально я тратил деньги Зены и её подчиненных.