– Серо стал такой красавчик, – мечтательно закрыла глаза Гита, – Лалита слишком молодая, без опыта…
– Без мозгов…
– Сердцу не прикажешь, – изрекла Гита великую женскую мудрость.
Столица империи пахла не очень ароматно. Академия располагалась в парке, что немного притупляло амбре.
Ректорша долго мариновала нас в приемной. Щенок обнаружил новый вид добычи – деревья, я уговаривал его оставить в покое громадную липу за окном, еды на один укус, а липа может рухнуть на здание и выбить окно. Серо, как обычно, занялся расчетом очередной магической модели.
– Так вы тот самый Серо из герцогства? – спросила ректорша очевидную вещь, увидев номер жетона.
– Да, – Серо поддержал разговор из вежливости.
– Ваш племянник не слишком молод для преподавателя эльфийского языка?
– Для помощника.
– С окладом преподавателя!
– Фил знает трехмерные схемы двенадцати эльфийских заклинаний. Его задача изобразить чертеж без ошибок.
– Такое умение вызывает уважение, – удивленно подняла брови ректорша.
– Такое умение стоит денег.
– Договорились. Завтра можете приступать к лекциям на первом курсе, – ректорша показала нам, что мы свободны.
Секретарша рассказала нам, как найти завхоза, и мы пошли выбивать себе комнаты для жилья. Завхоз показал нам что-то совсем убогое, сославшись на середину семестра. Я спросил у него про расценки в городе.
– Четверть городской аренды. До конца семестра, – я дождался, пока Серо выйдет из комнаты, чтобы не смущать завхоза, и выложил пять золотых монет.
– Треть, – твердо сказал завхоз, – Окна на южную сторону. Новая мебель, новое постельное бельё, широкие кровати для секса, у каждой комнаты своя ванна. Правда… Санузел совмещен.
Я уже добавил плату до трети, но забрал серебро обратно.
– Санузел совмещен, – поморщился я.
Завхоз согласился. В середине семестра ему не с кем было торговаться.
На первом занятии меня ожидало откровение. В аудитории не было ни одного мага, только магини.
– Занятия мы будем строить следующим образом. Мой помощник, Филипп, рисует для вас схему заклинания. Я объясняю его работу. Вам дается три дня, чтобы его выучить и показать работу на полигоне.
– Никто не способен запомнить эльфийское заклинание за три дня. Я буду жаловаться тёте, – сказала толстуха с блудливыми глазками.
– Фил тратил на каждую схему три дня!!! За это время он успевал прочитать книгу и начертить трехмерную схему заклинания. Затем Фил читал следующую книгу.
– То есть Филипп держит в голове все двенадцать заклинаний?
– Только их схемы. У Фила нет способностей к магии, – уточнил Серо.
Три дня я проверял схемы у юных магинь, отыскивал ошибки, исправлял. На четвертый день я сообщил Серо очевидную вещь.
– У нас в стране есть народ, который смотрит на всех «голодными и жадными глазами». Вот и магини. Они не учат, они смотрят на меня голодными и жадными глазами.
– Ты самец. Тебе не нужно рисковать жизнью, чтобы зарабатывать на роскошную еду и шикарное жильё. Поманил пальцем толстуху, племянницу ректорши, и сотня золотых за ночь у тебя в кармане.
– А если устроить чемпионат? Победительнице – ночь любви. Первая из них, кто выучит все двенадцать заклинаний, проводит со мной ночь безумного секса.
– Преподаватель не может спать со студентками.
– Я помощник!!!
– Они перестанут учить другие предметы.
– Почему это должно меня волновать?
Условия соревнований взбудоражили академию. Через три дня нас вызвала ректорша. Всё как обычно. Ректорша долго мариновала нас в приемной. Я уговаривал Щенка оставить в покое громадную липу за окном. Серо, как обычно, занялся расчетом очередной магической модели.
– Преподаватель не имеет права заниматься сексом со студентками, – изрекла ректорша очередную очевидность.
– Мне это известно. Я готов строго выполнять это правило, – согласился Серо.
– Ваш племянник…
– Он не преподаватель…
– Невозможно прочитать эльфийскую книгу за три дня и разобраться в заклинании, – свернула на опасную дорогу ректорша.
– В академии есть книги на эльфийском?
– Три книги с заклинаниями.
– Госпожа, прикажите библиотекарю их принести, – с очевидной ноткой презрения в голосе, попросил Серо.
Библиотекарь принес книги.
– Это копии, – сказал я, открыв каждую из книг, – Вот тут переписчик ошибся. Фраза на эльфийском всегда звучит музыкально. Видимо, образец был испорчен временем.
Я отложил книгу.