– Кто её будет спрашивать…, - махнула рукой хозяйка.
– Я. Мне нельзя соврать.
Хозяйка посмотрела на меня так внимательно, что я заподозрил её причастность к местной службе.
Я перестал танцевать. Но на следующий день меня ждали три портрета невероятных красавиц. Я прочитал характеристику на каждую девушку, отдал хозяйке три золотых.
– Как мне с ними познакомиться?
– Сегодняшний ужин мы проведем в семье вот этой толстушки.
– Я бы сказал, что на портрете изображена худышка, – удивился я.
– Художник очень хотел премию, – рассмеялась Люси.
– Во сколько ужин? Форма одежды?
– Можно ехать уже сейчас. Твой костюм достаточно приличен.
Ужин был невероятно обилен. Блюда менялись, не переставая. Девушку имела, на мой взгляд, мужское имя Танно, и была несколько толстовата для своего возраста. Зато характер у нею был легкий. Я попросил её рассказать о её гимназии торговли и она говорила до тех пор, пока я не сменил тему. Пару раз в разговор пыталась вклиниться мать девушки. Я хмурился и мама мгновенно переключалась на хозяйку школы танцев.
– У нас возле дома есть маленький садик, – неожиданно с гордостью произнесла Танно.
– Извините невежу, я, видимо, должен сказать «вау»!
– А у вас есть садик? – обиженно спросила Танно.
– У нас с Серо даже дома нет. Мы его арендуем. Но рядом с домом есть сад. Серо каждое утро повышает там мои навыки в фехтовании.
– Зачем мужчинам оружие??? – удивилась Танно.
– Недавно произошло недоразумение. Серо стала разыскивать имперская безопасность. Мы переоделись в охранниц, нанялись в охрану каравана и спокойно приехали сюда. Было весело.
– Если не считать остановки торговых караванов, – заметила мама Танно.
– Серо зашел к послу Империи, разрешил все недоразумения, и розыскной лист на нас аннулировали.
– То есть ты со своим Серо развлекаешься. Похищаешь принцесс. А законопослушные купчихи терпят убытки? – стукнула по столу мамаша, – Вон!!!
Я тут же собрался уходить.
– Мама!!! Ну как же??? Я бы могла послушать о приключениях принцессы!
– Купи бульварную газетенку. Там всё это подробно описано.
Уходя, я шепнул Танно свой адрес.
Утром следующего дня Танно буквально ворвалась к нам в дом.
– У меня в запасе час. Мама ушла в контору, но скоро вернется, – сообщила мне Танно, торопливо снимая платье.
Я быстро сменил постельное бельё, чем явно удивил девушку.
– Я собирался принять ванну. Потратим десять минут? – предложил я. Увидел удивление в глазах девушки и добавил, – У каждого свои недостатки.
Огромная грудь и большая попа в шестнадцать лет держали прекрасную форму, были обалденные на ощупь, а кожа Танно, нежная, как у ребенка, (почему как?) вызывала постоянное желание потискать, чем я и был занят.
В постели мы провели часа три, Танно махнула рукой на мамин гнев.
– Это даже близко нельзя сравнивать. Её «гнев» и твои ласки. Немного пошлепает для порядка по мягкому месту. Завтра снова приду, как только мама уйдет в контору.
– Я могу тебе чем-то помочь? Подарок для твоей мамы? Цветы?
– Смеешься. Твой дядя нанес ей убытков на две тысячи золотых. Помоги пуговицы застегнуть, красавчик.
– Из-за двух тысяч такая ярость? Он просто жадина!
– Если это для тебя пустяк… Тогда почему Люси взяла за тебя сто золотых? Мама вчера в ярости проговорилась.
Я весело рассмеялся.
– Ну Люси!!! Деловая женщина нигде своего не упустит! К твоему сведению, я плачу Люси по два золотых за девушку. За тебя, в частности, тоже.
– Зачем тебе много девушек? Я готова выполнить любой твой каприз!
– Завтра. Все подробности завтра.
Вечером я пошел на второй званый ужин. Красавица на портрете оказалась дурнушкой. Кожа нездорового землянистого оттенка, жидкие волосы, узловатые пальцы.
– Сразу нет, – сообщил я на ухо Люси.
– Желудок, – театральным шепотом произнесла Люси, и громко добавила, – Филипп абсолютно забыл о важной срочной встрече.
Когда мы вышли, Люси протянула мне золотой, и виновато улыбнулась.
– Совсем никак? Это моя старинная подруга. У девочки глаза засияли, когда она тебя увидела.
– Художник получил премию в тройном размере, – пошутил я.
– Нет. Это её портрет. Прошлого года.
– Вернемся, – я решил перевести девушку из контрольной группы в группу поедателей орехов.
– Филипп подумал, что уже опоздал, и мы решили вернуться, – объяснила наше поведение Люси.