— Вроде как это арпи-, ахри-, тьфу. Архитектор назвал его Тюльтег или Тюлингтек, как-то так, – бесконечный поток мыслей буквально бушевал в голове молодого энта.
— Нужно защитить лес, но нельзя ли как-то сделать это более мирным путём? Эти низшие расы хоть и слабее нас, но их в сотни раз больше и нам явно всех не уничтожить… – продолжил рассуждение вслух Брегалад. — Может быть возможно с ними договориться, может быть они просто не знают, что лес на самом деле живой в самом прямом значении… – полагал энт.
Окончив свой обход по Сосновой роще, одной из самых безопасных областей леса, которая находится практически подле ложи Матери леса, молодой энт решил направиться именно туда. У энтов с незапамятных времён принято считать ложу Матери центром леса, именно там происходят все собрания, именно там зачастую находятся самые старшие и мудрые энты под ветвями Матери. Именно ложа является последним рубежом защиты, падёт ложа – значит падёт и Матерь, а её смерть приведет к смерти леса и всего лесного народа. Правда, если враги уже добрались до Матери, значит ни одного живого энта уже не осталось…
Проходя в центр леса, Брегалад преодолевает всё более родные пространства. Чем ближе он подходит, тем больше энтов на своём пути он встречает. В итоге он проходит через совершенно не подозрительную для других рас линию деревьев, но любой энт знает, что это – древние энты, когда-то бывшие старейшинами так же, как и наши сегодня. Когда их жизненный путь подошел к концу, они пополнили ряды “оболочки” ложи, став последним живым щитом, который преградит путь вторженцам.
Пройдя через этих древних энтов, Брегалад попадает в центр леса. Большое открытое пространство, в центре которого стоит огромное по сравнению с остальными дерево. На его величественных ветвях висят круглые плоды непонятного свойства, издающие оранжевое свечение. Это и есть Матерь леса. Вокруг часть её огибает небольшой пруд, заканчивающийся на водопаде, вода из-под которого уходит куда-то под корни Матери. Так же в ложе можно увидеть довольно большое количество энтов, кто-то из них отдыхает, кто-то разговаривает о текущей повестке дня, но сразу видно нескольких довольно старых деревьев, которые стоят под корнями и о чём-то напряженно разговаривают. Их там было трое. Три старейшины, самых мудрых и приближённых к Матери.
Первый – Маранерос. Самый старый из всего лесного народа сегодня, фактически уже превратился в дерево и в скором времени издаст последний осознанный вздох, осев среди умерших древних энтов, очень мудр, но мало чем полезен сегодня. Как бы грустно это не звучало, но его время почти истекло.
Второй – Альдер’блоссом. Энты называют его Железным воеводой, довольно строго и агрессивно относится ко всему и ко всем. Непосредственно отвечает за безопасность владений энтов.
Третий – Дуул-гар’д. Моложе двух других, но возраст его всё равно внушителен. Самый добрый и приятный старейшина, со своими особенными взглядами. У Брегалада с ним довольно хорошие отношения, он учил его различным премудростям еще с детства, так что молодой энт довольно сильно привязан к нему и его мнению.
— Они уже на нашей земле! Уже убивают наших неосознанных братьев! И ты предлагаешь закрыть нам на всё это глаза! Тогда ты просто старый пень с выкорчеванными мозгами! – громогласно сердился Альдер’блоссом.
— Нне ссорьтесь, – медленно кряхтело старое трухлявое дерево Маранерос, не успевая за их быстрым диалогом, – это в ллюбом сслучае нне поможет…
— Никто и не ссорится, первый старейшина, просто кое-кто довольно плохо контролирует кровожадных жуков-паразитов в своей голове, тихо шепчущих на ушко о войне и бесконечной резне, – съязвил Дуул-гар’д не колыхнувшись от напора старшего товарища.