— Я, я уже иду! — получив заряд адреналина и придя в себя ответил ребенок, сорвавшись с места и побежав к себе в комнату. Вихря встрепенулась и убежала под печку от такого резкого подъема.
Тетя слегка улыбнулась, выходя на улицу.
— Я буду ждать вас снаружи. — сказала она племяннице и захлопнула дверь, чтобы не выпускать тепло.
Тео быстро оделся и побежал к Джун, которая ждала его на входе. Вместе они вышли на улицу. Снег уже летел не так, как утром. Метель закончилась, но лёгкие снежинки всё не перестали падать на их головы. Зима сейчас почему-то задерживалась в этих краях. Рядом с домом стояла небольшая карета. Она не была дорого украшена и выглядела довольно неприметно. Транспорт был скорее функционален, чем роскошен. Но, тем не менее, стоила она приличных, особенно для деревенских жителей, денег. Запряжена она была крупным толи конем, толи быком, хотя скорее это было что-то среднее. Закреплённые на нём ремешки поправлял довольно молодой парень. Когда Джун пересеклась с ним взглядом, он слегка кивнул, но не проронил ни слова. Тётя Делли игралась неподалёку с деревенским псом.
— Ох, ты мой милашка, какой умный пес, ей богу. Да, давай тётушка почешет тебе спинку. — Делли немного наклонилась, хотя со стороны это выглядело так, как будто она просто стала чуть короче ростом, и начала чесать спинку псу, который с наслаждением прогибал её.
— Мы закончили, Делли, можем выдвигаться. — сказала Джун, подойдя к тёте.
— Да-а, хороший, никто тебя в этой деревне не гладит… Залезайте в карету. — Ответила Делли, не отвлекаясь от пса.
— Мы могли бы и пройтись.
— У меня больные ноги, дорогуша, ты ведь об этом хорошо знаешь, а идти нам очень долго. Это вы, молодые, можете добраться туда за пару часов пешком, мои же годы и здоровье этого уже не позволяют… — Вздохнув, напомнила тетя, наконец, выпрямившись.
Аргумента для Джун хватило. Тётя, мама и Тео уселись в карету. Кучер погнал животное вперед. Ехали они не сказать, что долго, карета конечно не летела, как оседланная королевская виверна, но и не ползла, как какая-нибудь гигантская улитка. Добрались они примерно за пару часов. Может быть совсем чуть-чуть быстрее, чем пешком, но тёте Делли в принципе не представилось бы возможности такого рода прогулки, так что выбора особо и не было. Тео всю дорогу спал на матери, а Джун постоянно смотрела за приоткрытые занавески. Время от времени они с тетей перекидывались парой слов, но, в целом, поездка прошла в тишине.
Добравшись до места, карета остановилась, а молодой парень, что выступал в роли кучера, сделал два отчетливых стука по стенке. Дверь открылась, и семья вылезла из своего транспорта. Их взору открылась так до боли знакомая поляна. Когда-то, несколько лет назад здесь стоял лагерь, где ходили их знакомые и, самое главное, Эрик. Теперь же здесь можно заметить лишь большое количество деревьев, что проросли на местах смерти погибших. Когда из деревни приехали узнать, почему нет вестей, все оказались в шоке. Не осталось ни одного выжившего, лес погубил всех, и свои же живые деревья в том числе. Самым страшным и одновременно потрясающим разумы скорбящих жителей оказалось то, что отчасти все увидели сходство с древней сказкой, что называется “Заветным желанием”. В мёртвых телах была видна древесина, а в телах энтов тогда были замечены зловонные дыры, что, вероятно, когда-то занимала настоящая плоть. Жители решили ничего не делать с телами и устроили кладбище прямо на этой поляне. Они посчитали, что это было бы справедливо. С годами дерево из тел энтов и людей проросло в землю, и впоследствии, за эти пять лет, территория заполнилась больше чем сотней небольших деревьев. Каждое дерево проросло из тела, поэтому каждый, кто навещал здесь кого-то, знал, какое деревце является нужной могилой.
— Вот мы и здесь… — тихо произнесла Джун, чуть ли не затаив дыхание и смиренно направилась к деревцу Эрика. Тео направился за ней, Делли, приказав кучеру отвезти карету поодаль, тоже направилась в нужном направлении.
— Ну здравствуй, мой дорогой Эрик… — Закрыв глаза приложила руку к дереву Джун. Тео стоял рядом и наблюдал.
Дерево Эрика росло прямо рядом с каким-то другим, оно было потолще, и кора его была более крепкой. Помимо тёти, Джун и Тео на полянке в это время был ещё один человек. Он находился в метрах четырёх от них и также сидел у небольшого деревца.
— Прости меня, дорогой внук, я никогда не прощу себя за то, что сделал… — Это был староста деревни, мужчина, что принял решение об этом походе в чащу. Выглядел он старым, старее, чем Делли. Она обратила на него внимание.