***
— Но подождите, — собравшись с мыслями, упёрся Гоша. — Оумуамуа маленький совсем, метров двести в длину. Как эти пришельцы смогли замаскировать под него такую громадину?
— Молодец, варит котелок, — похвалил сосед. — На нос внимание обратил?
Вспомнив «радужный» нос корабля, Гоша кивнул.
— Эти твари подстраховались, — объяснил дядя Олег. — Они знали, что если корабль засекут, то могут попытаться уничтожить на дальних подступах. Например, спешно переоборудованными баллистическими ракетами. А им во что бы то ни стало требовалось прорваться к поверхности, чтобы с ходу, прямо с орбиты, внедриться глубоко под землю, надолго обезопасившись от удара возмездия. Теперь, как говорят фокусники, «следите за руками». Они разворачиваются к Земле узкой носовой частью и начинают менять альбедо, то есть отражающие характеристики поверхности, отчего подслеповатые телескопы увидят лишь тусклое, мерцающее пятнышко. Астрономы сделают вывод, что к нам пожаловал небольшой, вращающийся вокруг своей оси астероид. Червячки же, воспользовавшись моментом, чтобы собрать с близкого расстояния побольше информации и понять, что Земля к полноценному отпору не готова, на максимальном ускорении рванули бы к планете. Дальше додумай сам. По расчётам аналитиков, конец цивилизации наступал года через два. Если, конечно, не учитывать нас. И «ленты» — не учли! А как нас учтёшь, коли о нас ни фильмы, ни радиопередачи не снимают? Земля — она ведь фонит радиоизлучением на миллионы километров, и не исключено, что червяки ещё на подлёте смотрели «Спокойной ночи, малыши» годов эдак восьмидесятых. Смотрели, чтобы оценить военно–технический потенциал, и ничего такого не увидели, кроме репортажей о победах коммунизма, или, скажем, войне в Афганистане. Мы, Георгий, не зря прячемся, и такие, как «ленты» бывают весьма удивлены, когда из ниоткуда на них обрушивается готовый драться до последней капли противник.
— А кто вы такие? — задал напрашивающийся вопрос Гоша. Серьёзно кивнув, сосед вновь присел на краешек столешницы, скрестив на груди руки.
— Мы называемся «Полигон», — начал он. — Странное обозначение, согласен, а ещё на «Пентагон» смахивает. Но к Пентагону мы отношения не имеем, а обозначение такое к нам перешло от военных, ещё советских полигонов, где испытывались первые образцы техники. Про «Сахалин-9» я говорил, но были и другие, к примеру, «Армавир-600». Оттуда же начались первые боевые вылеты. Организация у нас, кстати, международная, и в каждой стране именуется по-своему, ведь официального названия у нас нет. Операции совместные, тот же «червивый» корабль кто только не штурмовал — и мы, и американцы, и китайцы, даже парочка немцев затесалась. Наша задача: оборона человечества от желающих прописаться на чужой жилплощади квартирантов, для чего у нас имеются опережающие технологии. Получили мы их… из разных источников, сейчас это не важно. А важно то, что мне, то есть нам, необходима твоя помощь.
От потока ошеломительных откровений голова пошла кругом. С трудом сосредоточившись, Гоша нашёл в себе силы задать главный вопрос.
— Почему нельзя договориться? — упрямо спросил он. — Зачем воевать? У этих… существ беда стряслась, неужели нельзя пустить их к себе? Сотрудничать, технологиями обмениваться? Пусть вон Марс забирают или Луну. Они же бесхозные.
— Ну ты, конечно, дипломат, — криво усмехнулся дядя Олег. — А ты их спрашивал, согласны ли они взять что поплоше? Пойми, такие, как «ленты» в пространстве летят не столетиями даже, а тысячи лет. Они не имеют права на ошибку, и обязаны найти себе новый дом, пусть даже ценой захвата чужого. А мы свой — обязаны отстоять, раз за разом сходясь с подобными созданиями не на жизнь, а на смерть. Такая вот, Георгий, загогулина! И потом, пустишь ты их в Солнечную, дашь обосноваться, а дальше? Поговорку про двух медведей в одной берлоге знаешь? Мы, конечно, и сами не подарок, но это наш дом. Наш — и точка! Понимаешь?
— Понимаю, — еле слышно ответил Гоша, не сводя с дяди Олега напряжённого взгляда. — А если нам завтра… так же придётся?
— Тогда и будем думать, — отрезал сосед. — Ты, конечно, прав. Случись на Земле катаклизм — и в роли бездомных окажется уже человечество. Но мы не можем так рассуждать. Жалость к врагу — это слабость, которой он обязательно воспользуется. И будь уверен, что если придётся выцарапывать тебе с Юлькой новый дом — я пойду на всё.
Он мрачно замолчал, уставившись в сторону. Спустя мгновение, глухо продолжил:
— Я понимаю, что ты обо мне думаешь. Ты хороший пацан, и добрый. Но это — взрослые дела, в которых мальчишке не разобраться. Раз за разом на пороге Солнечной объявляются рвущиеся к Земле ковчеги. Иногда одни, иногда — небольшие флотилии. Хорошо замаскированные, очень неплохо вооружённые и полные абсолютно отчаявшихся, измученных существ. Нет у них ни времени, ни ресурсов колонизировать Марс и Венеру. И действовать приходится быстро, потому что гигантское межзвёздное пространство не под силу патрулировать даже нам. Всё, что мы можем — это засекать таких бродяг на подлёте. Когда они, видя перед собой желанную цель, дерутся как львы, отказываясь сдаваться в плен. Те немногие, кто всё же попадает к нам в руки — молчат, а, поняв, что всё кончено, лишаются воли к жизни и тихо сдыхают. Лечить их, не зная ни анатомии, ни биохимии, возможным не представляется, да и понять чужих с их мозговыми вывертами крайне тяжело. Некоторым, всё же, удалось развязать язык, но ничего нового мы не узнали. Кто-то уничтожил планету в войне, у кого-то грозит взорваться звезда. Подходящих для колонизации миров немного, а наша Земля — вообще подарок судьбы. Неудивительно, что все рвутся именно сюда. Последние десятилетия их стало больше благодаря генерируемому человечеством радиоизлучению, служащему идеальной приманкой. И хотя влияния у нас немало, тут мы, к сожалению, бессильны. Заставить людей отказаться от одного из величайших изобретений не сможет никто. Вот и приходится, высунув язык, мотаться от Цереры до Сатурна. Впрочем, это семечки по сравнению с тем, что случилось в, а точнее под, Телепино, — дядя Олег прервался и посмотрел на Гошу так, что у мальчика душа ушла в пятки. — А случилась у нас, Георгий сущая беда, даже катастрофа. Случился — вариант «Омега»!