***
Подобравшись, Гоша уставился на дядю Олега. Что же случилось у «Полигона», что они так забегали? И главное — при чём здесь он? Хотя в душе он уже догадывался — причём. Просто боялся себе в этом признаться.
— Это — фотографии, сделанные внедрённым тебе подкожным зондом, — взял быка за рога сосед, кивая на подёрнувшуюся новым изображением голограмму. — Качество, конечно, не ахти, учитывая, что у «капли» нет объектива, но в целом, думаю, всё понятно.
Гоша внимательно всмотрелся в слегка размытый снимок той самой пещеры. Цвета выглядели слегка неестественно, будто чёрно–белое изображение позже раскрасили. В остальном неведомая «капля» не ошиблась.
Дядя Олег легонько повёл пальцами. Панорама поплыла в сторону, остановившись на окружённом гоблинами Валерии Кузьмиче. Среди них привыкший к созданиям мальчик без труда узнал Грыха.
— Знатно ты тогда заорал, я аж чай расплескал, когда прослушивал, — уважительно хмыкнул дядя Олег. — Инстинкты у тебя, что надо. Не побоялся ни старика, ни зелёной нечисти, чтобы защитить себя и девочку. Попёр на противника не задумываясь. Не каждый так сможет, а ты — смог.
— Почему они «нечисть»? — вскинулся Гоша. — Гоблины хорошие! Я поначалу испугался, а потом, когда разобрался… Хнуп меня даже обнял. И стихи на прощание подарил! Ничего такого гоблины не делают, просто живут и работают. Они бы и рады уйти, да не могут, что-то сломалось. У Хнупа родители ТАМ остались, он скучает, ждёт, когда Путь починят.
— Хорошие, говоришь… — зловеще протянул дядя Олег. — Обнял, по родителям скучает, стихи подарил. Ждёт, когда Путь починят… Чтобы по тому пути полчища собратьев ринулись? Ты на морды их глянь, благородная душа. Неужели не видишь, что это — самые настоящие хищники? Зубы, пасти, уши, чтобы жертву за километр слышать. Согласись, мало похоже на травоядных. И с чего им спрашивается с тобой обниматься? С потенциальной-то добычей?
— Ну и что? — нашёлся Гоша. — Человек тоже хищник, значит, нас тоже все бояться должны?
— Само собой, — серьёзно кивнул дядя Олег. — Человек — существо опасное и непредсказуемое. Сколько видов мы истребили, сколько войн устроили? Живи ты на другой планете, захотел бы иметь таких соседей?
Гоша задумался. Пожалуй, нет.
— Ладно, чёрт с ними, с мордами, — отмахнулся дядя Олег. — С лица воды не пить. И всё равно, удивляешь ты меня. Такой вроде начитанный, а элементарного не разглядел. Неужели не додумался, кто они такие?
— К-кто? — выдохнул Гоша.
— Инопланетная, вторгшаяся на Землю раса. — с нажимом произнёс сосед. — С непонятными, но явно враждебными намерениями. А главное — принципиально новым, малоизвестным нам способом. Хнуп, конечно, навешал лапши про Путь и всякие уцки, только вот дело в другом. Они пришли через мост Эйнштейна–Розена. Если по-простому, то через пробитую в пространстве червоточину, позволяющую перемещаться на колоссальные расстояния за мгновения. И если бы не Полигон, вовремя засекший и обрушивший сию конструкцию, нам бы несдобровать.