— Достаточно, — вновь прервал «Степан». — Мальчику нелегко. Он должен решить сам и только сам. Ваше слово, Георгий.
Старший явно мог просить по-другому, и даже заставить. Но не стал, доказав тем самым, что уважает чужой выбор. И даже неожиданно разозлившийся дядя Олег больше не пугал. Ведь не просто так он злился. По делу — злился!
Последние сомнения ушли. Подняв глаза на «эльфа», Гоша кивнул.
— Я согласен, но только если обещаете решить всё миром.
— Разумеется, — серьёзно кивнул Старший.
— Молодец, Георгий, — добавил дядя Олег. — Не подвёл.
***
— Не думаю, что это хорошая идея, — покачал головой Валерий Кузьмич. — Я же говорил, что вас ищут.
— Мне тоже кажется, что это не вовремя, — вступила в разговор молчавшая до сих пор Юля. — Что, если его поймают те, другие?
Они сидели за круглым деревянным столом в принадлежащей Бруху квартирке–норе. Очень похожей на ту, где очнулся «размороженный» Гоша.
— Думаю, это и впрямь небезопасно, — рассудительно произнёс Грых. — С другой стороны, не сидеть же здесь вечно? Хнуп пообщается с детьми, узнает их поближе. Для нас это важно. А для него — особенно.
— Как он сможет общаться? — опешила Юля. — Вы представляете, что начнётся, если его кто-то увидит?
— Не увидит, — возразил Брух. — Есть возможность замаскировать Хнупа под человеческого мальчика.
«Они что-нибудь придумают», — вспомнил Гоша. И действительно ведь — придумали!
— А… зачем же тогда бобры? — искренне удивился он. — Если вы в людей можете?..
— Это неэтично, — терпеливо пояснил Брух. — Мы не желаем шпионить. Бобры были вынужденной мерой, но ни одной цивилизации не понравится, когда за ней наблюдают вблизи, да ещё и маскируясь под местных. Мы не хотим вызывать подозрений подобным поведением. Мы пришли с миром и на поверхность выйдем только по приглашению. Или не выйдем, как знать. К сожалению, те, кто перекрыл Путь, сами не дают нам покинуть Землю. В этой тупиковой ситуации мне кажется допустимым отправить Хнупа на поверхность, учитывая, что как минимум трое людей будут знать о его истинной природе и намерениях.
— Согласен, — спокойно кивнул Грых. — И потом, он всегда сможет вернуться. Если те, кто разрушил Путь, не закрыли коридор в церкви, значит, ничего о нём не знают.
«Ещё как знают!» — подумал Гоша, и по спине пробежал неприятный холодок. Впрочем, и хорошо, что знают! А то, что Брух так красиво распинался про этику — так это просто слова и ничего более. Где, правда, доказательства добрых намерений? Нет их, а следовательно — всё это может быть просто уловкой, рассчитанной на доверчивого мальчишку.
— Только смотри, — погрозил пальцем Валерий Кузьмич. — Я возле вас тереться не смогу, так что всё под твою ответственность. Уверен, что справишься?
— Конечно! Ну что, Хнуп, выйдешь погулять? — бодро обратился к гоблину Гоша, тщательно стараясь скрыть нервозность.
— Выйду! — радостно улыбнулся Хнуп. — Очень хочется увидеть вашу жизнь. А позже я обязательно напишу про увиденное стихи!
***
— Это вот Женька, это Серёжка, — представил Хнупа Гоша. — А это Х… — он запнулся, вспомнив, что не знает имён на букву «Х».
— …аритон! — пришла на помощь Юля. — Харитон, имя такое, старое. В Москве очень модное… было.
— Встретились на озере, познакомились, — зачастил Гоша по заранее выученной легенде. — Тоже из Москвы. Пацан что надо. Дай, думаю, с вами познакомлю.
— Ну здорово, — протянул руку Серёжка. Радостно улыбнувшись, гоблин пожал протянутую пятерню. «Харитон» выглядел, как самый обыкновенный мальчишка, даже одет был, как все: в шорты, старенькие кроссовки и футболку. Из какого гриба Брух это достал, оставалось тайной.
— Что делать будем? — уточнил Хнуп у Серёжки, как у старого знакомого. — Может, искупаемся?
— Это можно, — кивнул Серёжка. — Пошли, я тут место знаю. Там ветка над водой, мы на неё верёвку приладили. Бултыхи — закачаешься!
Добежав до озера, они скинули одежду и с весёлым гиканьем рванули к выступающему над водной гладью стволу кряжистой ивы.
— Чур, я первая! — звонко крикнула Юля и, схватившись за привязанную к потёртому канату палку, сиганула в воду. В последнее время ей стало заметно лучше. Интересно, это Брух постарался? Тогда, на грибной плантации?
Он недодумал, потому что думать не хотелось. Хотелось — купаться! Вцепившись в потёртую деревяшку, Гоша, зажмурившись, оттолкнулся от земли. Долетев до крайней точки, он разжал руки и с визгом полетел в тёплую чистую воду. Вынырнув и отплёвываясь, мальчик почувствовал, как рядом, подняв фонтан брызг, плюхнулся кто-то большой и тяжёлый. Продрав глаза, Гоша недоумённо узрел перед собой весело плещущегося дядю Олега.