— Внимание, красный протокол — сообщили из динамиков.
— Что это значит? — рывком обернулся к дяде Олегу папа. — Отвечай!
Зажатый стальной рукой Якута дядя Олег молчал, буравя всех ненавидящим взглядом. Всмотревшись ему в глаза, папа слегка побледнел.
— Уходим, бегом!
— Что случилось? — испугался Гоша.
— Десантные ремни, товарищ полковник, — подсказал Рекс, ткнув куда-то за спину.
— Пристёгивайтесь к «хордам», — распорядился папа, прилаживая детей и гоблина к экзоскелетам. — Ничего не бойтесь. А ты, — глянул он на дядю Олега так, что Гоша испугался, — только дёрнись!
— Он не дёрнется, — ласково протянул Хруст. — Там вниз лететь до-олго.
Куда лететь? Гоша ничего не понимал, но времени на вопросы не было.
Пристегнувшись к Якуту, папа дал отмашку. Подхватив щиты и напружинившись, «хорды» рванулись по коридору.
Дальнейший путь болтающийся в ремнях Гоша запомнил плохо. После детонации в голове гудело, мысли ворочались лениво и тягуче. Красные всполохи, дым, далёкие взрывы. К ним присоединялись отступающие бойцы с пробитыми щитами и обугленными, попавшими под удары лазеров экзоскелетами. Кто-то морщился, поддерживая обожжённую руку. Но никто не жаловался, наоборот — все предлагали помочь и прикрыть.
— Отходим, отходим, — командовал папа. — Без героизма!
За очередным поворотом показался, наконец, лифт. Раскуроченная, оплавленная перегородка валялась у стены. Платформы не было.
— Якут, уводи детей, — бросил папа. — Рекс, пленного наверх. Передайте Валдаю, пусть принимает командование. Я скоро.
— А ты? — похолодел Гоша.
— Всё будет хорошо. — Папа улыбнулся, но вышло немного натянуто. — Капитан уходит последним. Так заведено.
Гоша понимал. И не понимал. Одно дело читать в книге, и совсем другое — жизнь.
— Папка, только вернись, — жалобно, по-детски крикнул он. — Пожалуйста!
Заиграв желваками, папа кивнул.
— Наверх их! — скомандовал он. — Живо, пока тут всё…
Недоговорив, он отвернулся, что-то говоря в пожертвованную Бором рацию.
— Высоты не боитесь? — с деланной бодростью спросил Якут, прыжком преодолев оставшееся до шахты расстояние.
— Мамочки, — ойкнула Юля, глянув в бездонный зев проёма. Так вот что имел в виду Хруст!
— Закрой глаза, — посоветовал Якут, хватаясь за толстый, брошенный сверху трос. — И ни о чём не думай.
Пол качнулся, уходя из-под ног. Гоша открыл рот, чтобы закричать, но тут же почувствовал мощный рывок и плавный, ускоряющийся подъём. Стальная перчатка «хорды» зажужжала, пропуская через себя канат. Следом так же поднимался Рекс.
— Спокойно, — улыбнулся Якут. — Почти приехали.
Гоша молчал, озарённый страшной догадкой. «Красный протокол» мог значить лишь одно: самоуничтожение демаскированной «Седьмой площадки». Вместе с оставшимся внизу папой.
***
Сверху забрезжил свет, послышался звук рубящих воздух винтов. Странно, ведь лифт находился в помещении. Ухватившись за перекладину, Якут проворно выскочил из шахты. Гоша увидел, что тросы прикреплены к врезанным в пол металлическим фермам, явно установленным недавно.
— Отстёгиваемся, — приказал Якут. Борясь с непослушным замком, Гоша озирался по сторонам.
От «подсобки» и лифта не осталось ничего, кроме обломков стен и взрывной воронки. Гул винтов усилился, в макушку дохнуло прохладным утренним ветром. Прямо над головой прошёл пузатый вертолёт, угрожающе поводя по сторонам приплющенным, как у танкетки, дулом.
У обугленных кромок воронки дежурили бронемашины с массивными башнями. Тяжёлые спаренные стволы держали под прицелом зев шахты, напряжённо гудя, словно линии высокого напряжения. От рубленых корпусов веяло озоном и нешуточной угрозой.
— Не тормозим, отстёгиваемся, — повторил Якут. — И по лесенке — наверх. А хотя ладно, можно и по-другому.
Присев, он высоко подпрыгнул, перемахнув через одну из машин. Металлические подошвы грохнули о бетон, детей и гоблина ощутимо тряхнуло. Спустя пару секунд рядом впечатался в пол Рекс.
— Вот теперь выходим, — хохотнул Якут. — Там справа защёлка.
Справившись с замком, Гоша помог отстегнуться Юле и Хнупу. Из броневиков выскочило несколько бойцов в новеньких «хордах». Расступившись, они пропустили вперёд седовласого усатого мужчину.
— Это кто? — быстро подойдя, кивнул он на мальчика.
— Сын Егеря, товарищ майор, — отрапортовал Рекс. — Эвакуирован по его приказу. Противник объявил «красный протокол», надо уходить.
Из воронки тем временем продолжали прибывать экзоскелеты, увешанные пристёгнутыми к десантным ремням бойцами. Кто-то стонал и морщился, другие вовсе не подавали признаков жизни.