— Егерь внизу? — спросил усатый.
— Так точно, — подтвердил Рекс. — Руководит отступлением.
— Понял тебя. Врача! — крикнул майор, увидев доставленных снизу раненых. — Твоя работа? — Он смерил дядю Олега ненавидящим взглядом. — Ты за это ответишь, сволочь. Если Егерь не вернётся…
Дядя Олег усмехнулся и сплюнул через расквашенные губы. Глянув на мальчика, майор осёкся.
Мимо промчались санитары с носилками. Ещё один, повесив на шею капельницу, деловито разрывал обугленный рукав стонущего бойца.
— А это кто? — ахнул седовласый, заметив высунувшегося из-за детей гоблина.
— Это мой друг, — насупился Гоша, заслоняя Хнупа. — Не трогайте его, он на нашей стороне. Его пытали.
— Дела-а… — заворожённо рассматривая гоблина, протянул майор. — Не кусается?
— Ещё чего, — обиделся Хнуп.
Демонстративно отвернувшись, он подставил мордочку выползавшему из предрассветных сумерек солнцу.
— Егерь, я Валдай. Как слышишь? — выхватив из подсумка рацию, несколько раз повторил усатый. — Одна статика, чёрт. — Он устало потёр виски и сморщился. — То ли ретранслятор накрылся, то ли помехи ставят.
Валдай… так вот кому передал командование папа. Гоша с надеждой посмотрел на майора. Он спасёт папу. Обязательно!
— Отходим, — мрачно скомандовал тот, делая жест бронемашинам.
— Там же папа! — со слезами крикнул Гоша. Он рванулся было к воронке, но Валдай крепко схватил за плечо стальными пальцами.
— Не дури! — строго прикрикнул он. — Мы не можем рисковать, тут сейчас всё взлетит на воздух!
— Я не дам его бросить! — Гоша заколотил по вцепившейся в него руке. — Пустите!
— Всё будет хорошо, — отрезал Валдай. — Выкрутится твой папка, не из таких передряг выкручивались. А ждать здесь бессмысленно. И опасно.
Гоша не верил ушам. Точнее, не верил прежний, маленький Гоша. А тот, что повзрослел, понимал правоту майора. Понимал, что ради одной жизни нельзя рисковать десятками других, даже если это жизнь командира и товарища. Даже если это жизнь отца.
Он треснул и раскололся. Надвое, словно зеркало. Увидев себя и… себя.
— Папа! — бился в истерике маленький мальчик. — Верните его! Пожалуйста! Вниз, нам надо вниз!
— Успокойся, — нахмурился повзрослевший, многое повидавший второй. — Сейчас не время.
— Я не хочу! Я не буду! — верещал мальчик, топая ногами. — Спасите его, пожалуйста! Спасите-е!
Не обращая внимания на крики, взрослый Гоша крепко обнял рыдающего от горя мальчишку. Немного побрыкавшись, тот обессиленно замолчал. Всхлипывая и шмыгая носом.
— Уходим, — кивнул сам себе Гоша. И повторил уже громче, чтобы слышали друзья: — Уходим!
Время растянулось, но не так, как в крух. Так растягивается оно на пороге тяжёлых испытаний. Особенно если тебе ещё нет двенадцати.
Не оглядываясь, он шагнул сквозь расступившееся оцепление.
— Гошка! — ахнула Юля, сочувственно придержав его за плечо. — Не надо, не переживай!
Он не ответил, только дёрнул рукой. Меньше всего на свете ему хотелось разговаривать.
— Всем группам — отход, — рявкнул в рацию майор. — Как поняли?
Неподалёку приземлилась пара вертолётов. Похватав носилки — по одной в каждую руку — бойцы в экзоскелетах помчались к ним, стараясь не трясти раненых товарищей. Дыхнув дизельным выхлопом, заревели броневики.
— За мной! — махнул Валдай. — В темпе!
Уходя, Гоша бросил последний взгляд на кратер. Ему ужасно хотелось остаться. Закрыв глаза, маленький мальчик зашептал, будто загадывая желание. Надеясь — на что?
— Ты чего встал? — прикрикнул майор, подбегая к застывшему Гоше. — Тебе же сказали…
— …алдай… слышно? — ожила вдруг рация. — Валдай, как?..
— Слышу тебя, Егерь! — прокричал в ответ майор. — Доложи обстановку!
— Под… аемся, — коротко ответил папа. — Группа… няла бой… трёхсотые…
— Понял тебя! — Валдай яростно замахал вертолёту. — Понял тебя, Егерь! Ждём!
***
Когда из шахты показался пристёгнутый к «хорде» отец, Гоша, рискуя сломать ноги, кинулся в воронку.
— Ну, ну, — обняв сына, папа неловко поцеловал его в макушку. — Ты чего?
Зарывшись носом в папин свитер, Гоша зажмурился. Чудеса бывают. Всё-таки — бывают!
— Товарищ полковник, я скомандовал отход, — напомнил майор.
— Всё, Георгий, обнимашки после, — подобрался папа. — В вертушку, живо!
Похватав детей и Хнупа, они бросились к вертолёту, с ходу запрыгивая в боковую дверь. Взревев, тяжёлая машина оторвалась от асфальта, рывком уходя вверх и в сторону. От свиста и гула тут же заложило уши.
— Товарищ полковник, — крикнул кто-то, показывая вниз. — Смотрите!
Распавшись на полосы и квадратики, один из ангаров растаял в воздухе. Из открывшейся взору прямоугольной шахты высоко в небо рванули треугольники. Один, другой, третий… Они двигались стремительно, практически сливаясь друг с другом. При этом, несмотря на скорость, аппараты почти не тревожили воздух. Казалось, что корабли Полигона бесплотны.