– И все-таки, он не устраивал проблем по поводу твоей бездетности.
– Конечно, – вспыхнула я, – он просто устроил себе новую семью на стороне.
Я все могу выслушать, но не про детей. Тема про детей во мне зудела такой тоской, что я выть была готова. Я так хотела своего младенчика, розовые пяточки, мягкие волосенки, пахнущие молоком. И все, что во мне было, отдавала детям в школе.
– Но ты подумай, доченька, – мама сбавила тон, и мне тут же стало жалко, что я про семью на стороне так резко упомянула.
С мамой попрощалась. Разгребла свои скучные вещи по полочкам. А потом меня как молнией шибанула мысль: а Федя ждет, что я с ним сегодня пересплю? Или вот так сразу мы начнем? А мы теперь живем вместе или что? Мысли о сексе с Федей меня прошибали током. С одной стороны я мялась, потому что мы же незнакомые люди, с другой – я бы наверное все отдала, только бы он, не спрашивая, взял и сломал бы мои барьеры. Так хотелось секса. А я думала, что у меня желание начисто уже умерло.
О боже мой.
Я разделась перед зеркалом. Решила быть с собой честной и придирчиво себя изучила.
И чем дольше я себя разглядывала, тем больше не понимала, что видит во всем этом Федя. Он же не слепой. Он же не может не видеть, но почему тогда так смотрит?
Впрочем, если пресс немного подкачать и сделать приседы, то тут вот подтянется, тут, может быть, тоже, и баба-ягодка опять. Решила не откладывать дело в долгий ящик.
Я легла на пол и начала качать пресс, будто это что-то изменит прямо сейчас, будто от этого будет какой-то толк. Годами нетренированное тело тут же сдалось и взмолилось о пощаде. Без коврика для упражнений кожа на позвоночнике пообещала треснуть по швам. Я вскочила на ноги и принялась за приседания. Приседала, пока не заболели колени и в этот момент представила, как все это выглядит.
Сумасшедшая голая баба посередине комнаты не пойми какой хренью вообще занимается. Вот бы Федя сейчас зашел. Может и хорошо, если бы зашел. Выгнал бы меня уже, наконец, за невменяемость.
Я представила выражение его лица и не смогла сдержать смеха. Теперь сумасшедшая рыжая баба валялась на полу и ржала, что добрая кобылка.
Это был не смех, со мной случилась настоящая истерика. Потому что делать-то мне что, бабоньки? Видели бы вы мой животик и эти бедра. Голая и вприсядку. Вот я выдала. Я никак не могла успокоиться, все хохотала и хохотала и, если бы не телефонный звонок, не знаю, как бы я с собой справилась.
Ответить я не успела. Светился пропущенный от Кати.
Я перезвонила Кате.
– Зверева! Ты куда пропала вообще? Я чуть с ума не сошла! Была у тебя, там апокалипсис, ты где? Отвечай мне быстро! – выдала Катя на одном дыхании.
– Я в порядке, Кать.
– Слышу, как ты в порядке! Где ты? Да у тебя даже голос похоронный какой-то.
– Я у Феди.
– У какого Феди, Зверева? Ты бредишь, что ли? – в голосе Кати сквозило неподдельное удивление.
– У Феди Балуева, ну, одноклассник, на встречу одноклассников ходили, помнишь?
– Ого! Алиска, а тебе палец в рот не клади, я посмотрю. Ну что, поздравляю, дорогая, удивила.
– Не придумывай, тут все не так. Эй, да вообще все не так, Катя. Плохо всё. Какая я, какой он, а у меня проблемы, и детей не будет, и на ипотеку не заработать. Я не знаю, что делать, понимаешь ты это? – выдала я разом все.
Катя что-то там себе подумала и выдала.
– Так! Скинь мне адрес. Сейчас приеду, будем разбираться, что у тебя там не так. А да, а Федя-то рядом сейчас? – спросила Катя.
– Сейчас нет, – ответила я.
– Ну, вот и хорошо. Жди, я скоро буду.
Она отбила звонок, а я еще попробовала покачать пресс, только уже в одежде, но у меня закружилась голова и разнылся живот. Посмотрела в зеркало. Эй, мы так не договаривались. Живот надулся, теперь у меня надутый каменный живот. Супер.
Катя появилась где-то через час и налетела на меня с расспросами. Я как смогла пересказала ей события последних дней. И чем больше рассказывала, тем больше округлялись ее глаза.
– Ну, дела, – подытожила мою исповедь Катя.
– Дела, ага, – кивнула я. – И что мне теперь с этим делать?
– Ты еще не поняла? Федя все сделает, уже походу сделал. От работы отмазал, Вадима приструнил, соседей от тебя отогнал, с ремонтом порешал.