— Гарри ты готов?
Спросила она меня, на что я якобы от удивления выгнул бровь. Если бы не был готов, то я бы здесь не стоял. Но такое вслух говорить не стал, видно, что Гермиона волновалась, и я лишь молча взяв её за руку, повёл к коридору.
Как мы добрались до выручай-комнаты говорить я не стану, и так всё понятно — по стенке, по углам и по теням, и мы здесь. А дальше началось веселье.
— Герми, запоминай.
И я, как дурак, начал ходить туда и сюда, наматывая круги вокруг картины. И когда пошел третий круг, появилась дверь.
— Это скрытая комната и про нее почти никто не знает. Создана она была одним из Основателей, но может послужить любому студенту Хогвартса. Открыв дверь, я вошел внутрь. Комната представляла собой сейчас обычную библиотеку с диваном для сна и столиком для еды. Были тут также и кресла, маленькие столики для чтения и конечно полки, полки, полки.
— Гарри, что это?
— Это комната Кандиды Когтевран и в ней есть все книги, что могут быть в библиотеке Хогвартса или даже в сейфе директора и профессоров, если мы знаем, что там за книга или она принадлежит замку.
— Гарри, спасибо тебе, спасибо.
Повиснув на шее, она сама коснулась моих губ, а я с удовольствием ответил. И отпустил ее лишь через минуту. Что сказать? Она учится и быстро. Оба улыбаясь и слегка пришибленные от тех эмоций, что мы испытали, мы направились к полкам. Где совершенно точно зная, что ищем, взяли нужные книги. Сев за столик, наша дружная компания Шерлок или Гарри и компания, вернее и Гермиона, погрузились в изучение. А я мысленно усмехнулся. Прям, детективы. Не хватает только трубки и дыма, что будет подниматься кольцами.
Правда, грезил я не долго. До тех пор, пока меня не коснулась мягкая и такая приятная ладошка Герми. Ой, снова не туда мысли.
— Вот, нашла. Читай.
Протягивая мне книгу, Герми подвинулась ближе. В книге было сказано лишь о том, что Николас Фламель — был создателем философского камня, по легенде дающего бессмертие. А также превращающий любой металл в золото, последнее уж точно вряд ли.
Пф, ради всего святого избавьте меня от этого бреда. Да знаю я это всё, знаю и даже больше, но надо играть роль до конца. И конечно я знаю, к чему клонит Гермиона, но вот говорить придется тебе Герми. Так что, пробежав глазами, что там написано, я спросил:
— И что?
Ох, видели бы вы её лицо, девочка просто стала судорожно и возмущенно хватать губами воздух, словно это было элементарная задача, на которую лишь взглянув, не вникая сразу нужно дать ответ.
— Как что? Ты не догадался, что охраняет Пушок? Гарри, он охраняет философский камень, ты понимаешь, он здесь, под охраной Хогвартса! Этот камень способен…
«Превратить предмет в золото и дарует бессмертие. Да-да-да».
Подумал я, слушая тот же самый ответ, который прозвучал у меня в уме, но, а сам, приняв самое нужное в данный момент выражение лица, воодушевленно проговорил:
— Герми! Это гениально! Ты молодчина!
А сам с этим восторженным голосом полез обниматься, схватив крепко за талию, помог встать, вернее сам поднял, а затем, немного покружив, остановился. Улыбаясь, и вновь поймав тот самый момент, о котором пишут «это был миг, когда они готовы были поцеловаться», я осуществил задуманное. Коснувшись ее губ своими губами, который уже раз, я нежно стал их ласкать, прижимаясь к девочке и не отпуская ни на миг. И лишь оторвавшись через минуту, произнес: