— Ничего особенного, кроме того, что в моем присутствии критическое мышление противоположного пола понижается. То есть я не заставляю делать что-то против воли, но помогаю отбросить нормы морали или сомнения. И чем сильнее человек, маг, тем слабее на него идет воздействие. Верно и обратное, если человек и без того в меня влюблен, то…
Договаривать я не стал, но внимательно посмотрел на Гермиону, давая понять, о ком идет речь.
— Это что же выходит? То есть этот наш поцелуй и все наши чувства?
Но я ее перебил, усмехнувшись и намеренно говоря в ответ слегка удивленно-пренебрежительно:
— Дафна, от тебя я такого не ждал вопроса. Я не влиял на твои эмоции, я лишь помог тебе на какой-то миг не думать столь категорично, но, если бы не было у тебя интереса ко мне, желания, наконец, ничего бы не вышло.
Конечно, я немного приврал, но, не зная про особенности моей расы, она не могла этого понять. А увидеть в моих рассуждениях ошибку ей с ее знаниями не удалось. Вот и выходит, что девушке пришлось, молча согласиться, иначе скажи она хоть слово, то сделала только хуже.
— Так что, ты мне веришь?
То, что мне верила Гермиона, безоговорочно и всецело, не вызывало ни у кого сомнений. И осталось заручиться столь же открытой поддержкой этой ледяной принцессы.
— Я склонна тебе верить, но в следующий раз будь добр говори обо всем сразу!
И слышать такое от слизеринки, это что-то. То есть, прося меня о таком, она сама подписывается на это. Ведь наша клятва дает нам возможность требовать с других, что делаем мы сами. Не то, чтобы это было прописано в клятве, но, когда речь идет о таких клятвах иного просто не дано. И, конечно, я согласился, за что и был вознагражден одним лишь словом:
— Спасибо.
Одно слово, но что оно значило для нас? Мы словно отбросили лишний груз, расслабились, смогли посмотреть друг на друга по-новому, а наши сердца застучали еще более радостно. Мы все были счастливы, я, Герми, Дафна и сидя так на диване, обнимая друг друга, мы наслаждались такими прекрасными моментами нашей близости.
Глава 27. Веселье в разгаре
После того разговора с девушками прошло несколько дней. В школе, по-прежнему, было тихо, ничего не менялось, несмотря на то, что я хотел перемен, и было однообразно. Редкие издевательства над одноклассниками или слизнями (хотя можно назвать некоторых и змеями), изучение запретных книг и свидания — вот и все, что радовало меня. И когда меня вызвала к себе наш декан, я даже был рад. Хоть выберусь из этого болота, по имени жизнь в школе. И не важно ради чего меня позвали. Закрыв глаза, улыбнувшись, я открыл дверь кабинета и вошел внутрь.
— Здравствуйте!
Поздоровавшись, посмотрел на ее пройдя в кабинет и остановившись.
— Мистер Поттер, мне нужно с вами поговорить.
Вроде не сердится. А делал ли я что-нибудь последнее время? Нет. Может потому и насторожилась, что веду себя довольно тихо, но так о многих моих «громких» делах она то и не в курсе.
— Гарри, скоро у нас будет чемпионат по игре квиддич, такова у нас традиция каждый год устраивать…
— А я-то тут причём?
Кажется, я понял к чему приведет этот разговор, и хотел поскорее уйти. Даже не беспокоясь о том, что я ее перебиваю. Но она, быстро взяв себя в руки, ответила.
— Ты должен сыграть. У нас такая ситуация вышла, что больше и просить некого.
Я замялся, и Макгонагалл это должна была увидеть. Нет, я не смутился от этого предложения. Я слегка испугался. Да-да, испугался, не перечитывайте, вы не ошиблись и написанное — не опечатка. Вот только попробуйте подумать мне тут, что я боюсь высоты, черта-с два! Полёт для меня было святое, ведь всё-таки я вампир. Но вы когда-нибудь видели вампира на метле? Я так отчаянно избегал этот летающий объект, ну, не умею я на нём летать. И не зря ведь отказался после того случая с троллем. Найдя благовидный предлог.
— Ну, я не знаю… Столько времени прошло, что я даже забыл, как это делается…
Начал отговариваться я, но профессор лишь твёрдо настояла на своём.
— Мистер Поттер, у вас нет выбора! Тем более, что вас уже записали в команду. Я уверена, что после пары тренировок вы всё вспомните.
Улыбнувшись, она похлопала меня по спине, на что я улыбнулся смущенно в ответ.
— Ну хорошо. Тогда можно попросить вас об одной услуге?