Фенрис гордился тем, что его мама такая красавица. Здесь, в свите принца Лео, ему нравилось куда больше, чем дома, в простеньком замке рядом с шумной и суетливой Либрой. Всё здесь казалось таким ярким, блестящим, возвышенным.
Процессия с триумфом прокатила по внутреннему городу, огороженному высокими стенами из красного кирпича, и подъехала к королевскому замку. Здесь были ещё одни стены, на шпилях надвратных башен колыхались знамёна де Солис - львы с солнечными гривами. Тяжёлые бронзовые ворота распахнулись, и Фенрис - наконец-то! - увидел дворец.
Дворец состоял из трёх отдельных зданий, соединённых друг с другом. Самое большое, посередине, предназначалось собственно королю. Здесь его величество творил суд, устраивал пиры и заседал в совете. Во дворце поменьше, слева, жила королева, а вместе с ней и принцесса Леа. Третий дворец - для наследника, принца Лео. Там же должны были жить и Фенрис с Ламианом.
Его новая спальня Фенрису понравилась. Небольшая, опрятная, стены выкрашены в цвет слоновой кости. Здесь было всё, что нужно благородному человеку: удобная кровать под балдахином, просторная гардеробная, ванная, письменный стол. На одной из стен висели образа богов. Фенрис подошёл ближе, разглядывая их.
На кладбище в Либре тоже было святилище Триады. Но там лица богов представляли собой всего лишь грубые деревянные маски со схематичными чертами. Фенрис не отличил бы Ай от Сино, а Сино от Матери-Земли.
Здесь всё было по-другому. Боги были изображены в полный рост, а их лица выписаны с такой тщательностью, что казались лицами живых людей. Мать-Земля и два её мужа.
Мать-Земля - полная женщина с румяными щеками, восседающая на каменном троне. Богиня-роженница, покровительница всех живых существ и самой жизни в целом.
Ай - прекрасный юноша, правивший лодкой при помощи длинного шеста. Его лицо казалось холодным, как вечный лёд, и таким же жестоким, кудрявые золотые волосы отражали солнце, а чёрные глаза были подобны бездне. За спиной юноши колыхались два огромных крыла. Ай - страшный бог, бог тьмы, огня и любви.
И, наконец, Сино - рыцарь без лица, весь покрытый белоснежной бронёй. Он стоял, широко расставив ноги и опираясь на длинный меч. Бог смерти.
- Можно войти? - стук в дверь и голос Ламиана оторвали Фенриса от созерцания.
- Да, конечно, проходи, - Фенрис открыл дверь.
- У тебя тут славно, - оценил Ламиан, оглядываясь. - Только шторы зелёные. У меня в комнате они красные.
- Не завидуй.
- Я не завидую, дурак.
Фенрис придвинул Ламиану кресло, сам плюхнулся на кровать.
- Писем из дома не получал? - спросил Ламиан. Фенрис покачал головой.
- Нет. А ты? - в свою очередь спросил он. Когда гостили у князя д'Акве, отец Ламиана Тавр д'Агри вместе со своим семейством уехал домой, в долину Агер.
- Нет. Да и зачем им мне писать? Все знают, что принц Лео - классный парень. Нам здесь лучше, чем дома, - Ламиан пожал плечами. - Кстати, скоро начнётся праздничный ужин в честь возвращения короля. Готов?
- Ой, нет! - Фенрис подскочил. Праздничный ужин, как он мог забыть?! Эх, деревня, деревня! - Не подскажешь, что надеть?
- Подскажу, - согласился Ламиан. - А что у тебя есть?
Парни вдвоём стали рыться в сундуках Фенриса, которых слуги ещё не успели разобрать. Фенрис почувствовал приближение паники. Он ведь ещё ни разу не был на королевских пирах! Он не знает, как себя вести!
- Расслабься, - посоветовал друг, заметив его напряжение. - Там ведь будет твоя мама. Если что, она подскажет.
- Как думаешь, что лучше надеть, сапоги или туфли?
- Надевай сапоги, - решил Ламиан. - Тебе в них будет жарко, но в туфлях ходят только хлюпики, которые ничего не умеют, кроме как танцевать.
Фенрис покрутился перед зеркалом. Вроде бы, неплохо. Ламиан с довольным видом поправил на нём воротник.
- Сойдёт, - вынес он вердикт. - Да уж, засиделся ты, друг, в своей Либре. Твой отец должен был раньше отправить тебя к королю, тем более, что вы родственники.
- Замолчи уже, дурак. Наша Либра ничуть не хуже долины Агер.
- Ну да, конечно! - Ламиан засмеялся. Так, шутя и переругиваясь, парни спустились в тронный зал.
Здесь уже собрались все сливки Ландского королевства. Правда, из двенадцати князей присутствовали только шестеро: остальные разъехались по своим землям. Фенрис был рад, что мерзкий Каприко де Монтиум, который больше всего раздражал его среди князей, убрался в свои горы. Но зато при дворе остался его старший сын и наследник, Квинт де Монтиум, самая малоприятная личность номер два.