- Ну, здравствуй, Фенрис, - устало улыбнулся он. - Здравствуй, Ламиан, мы много слышали о тебе от моего сына. Или мне нужно называть тебя сир Ламиан? Ведь вы оба теперь рыцари.
Отец с сыном обнялись, потом Фенрис жестом подозвал носилки, и воссоединившееся семейство направилось через город к Розовому Дворцу князя. Сир Хомо остался наблюдать за разгрузкой ладьи.
Девочки заняли одни носилки, а отец, у которого во время плавания разболелась спина, вторые. Фенрис с Ламианом ехали верхом рядом с носилками и делились последними придворными сплетнями.
- Говорят, что старик Кансер затеял этот турнир, чтобы подсунуть принцу Лео в жёны свою дочь, - рассказывал Фенрис. - Ей только недавно исполнилось шестнадцать, девица в самом соку.
Он поймал укоризненный взгляд отца и побагровел.
- А что, она красавица, Люна де Марис, - подхватил Ламиан. - Возможно, Лео и клюнет. Я бы и сам на такой женился.
Рена нахмурилась.
- Король не женит своего наследника на дочери приморского князя, - возразил Фенрис. - Наверно, он подыщет невесту из Фарвеста, а если всё-таки захочет выбирать из своих, то возьмёт Вульпес Вейл. Род Вейл древнее, чем де Марис.
- Княжна Вульпес ещё малявка, ей даже тринадцати нет!
- Насколько я помню, у князя Кансера нет сыновей? - негромко спросил отец, вмешиваясь в их спор. Он выглядел подавленным, но Рена сочла, что тому виной усталость.
- Нет, только дочь, - ответил Фенрис. - Княжна Люна считается наследницей, но если старик Кансер удачно пристроит её замуж, то наследником будет его племянник Фишер де Марис.
- Ясно, ясно, - отец сцепил пальцы и погрузился в размышления.
Остаток дня прошёл в блеске приёмов и новых знакомств. Все двенадцать князей Ланда собрались в Розовом Дворце де Марис. Маленькая Рена приседала в неуклюжем реверансе перед августейшим лицом короля Леона XIII, королевой Изабо, принцем Лео, покровителем Фенриса, и красавицей-принцессой Леей. Столичный блеск их платьев и драгоценностей ослеплял девочку из Либры, как огонёк свечи легкомысленного мотылька.
Рена видела маму Фенриса Лекс д'Акве под руку с надушенным придворным, которого Фенрис представил как сьерда Публия Гранда из долины Агер. Рядом крутился и дедушка её брата, князь Пицес д'Акве. На первый взгляд это был сухой неприятный старик, но в его лице Рена заметила черты фамильного сходства с Фенрисом.
Мама брата очень понравилась девочке. Красивая, изящная, остроумная, она казалась Рене идеалом придворной дамы. Её волосы, перехваченные тонкой диадемой, пламенели, как осенние листья, а зелёные глаза сверкали, словно два изумруда. Поклонники ходили за ней толпами. Но несмотря на такую яркую красоту и всеобщую популярность, Лекс д'Акве вовсе не казалась высокомерной. Наоборот, она отнеслась к сёстрам Фенриса с простотой и сердечностью. Рена могла лишь только мечтать, чтобы в будущем она смогла стать похожей на леди Лекс.
Жизнь в южном княжестве была подобна сказке. Всё здесь казалось пропитанным морем, солнцем и солёным ветром. Каждый вечер гости князя Кансера собирались за пиршественным столом, где рекой текло вино, каждую ночь устраивались балы. Долгожданный турнир начался через два дня после прибытия Рены в Розовый Дворец.
Шумная толпа придворных заняла места на галерее, окружавшей турнирное поле. Фенрис с Ламианом успели занять для девочек лучшие места. Первой парой сражались незнакомые Рене сьерды, поэтому девочка не слишком внимательно смотрела на них.
- А с кем дерётся Фенрис? - спросила Рена, ни к кому в особенности не обращаясь. Мама Фенриса, красавица Лекс, сидевшая рядом, обернулась и снисходительно посмотрела на девочку.
- Его противника зовут сир Улиус Роббер, - ответил отец, избегая встречаться взглядом с бывшей женой. - Какой-то безземельный рыцарь.
- Скучно, - разочарованно протянула Рена. - Много ли славы побить безземельного рыцаря? Я бы хотела, чтобы он сражался с князем.
- Ну не скажи, - леди Лекс усмехнулась. - Я слышала, что этот Роббер зарабатывает себе на жизнь победами на турнирах. Безземельные рыцари нищие, как кроты, и им нечего терять. Так что в отличие от князей, которые выезжают на поле развлечения ради, он великолепно владеет копьём.
Её слова обеспокоили Рену. А вдруг этот рыцарь действительно побьёт Фенриса?
Рин в разговоре не участвовала. Серебристо-серые глаза сестры были прикованы к полю, где лошади сшибались грудью, ломались копья и закованные в железо рыцари вылетали из седла. Песок был усеян отколотыми щепками, вмятинами от упавших тел и редкими кровавыми пятнами.
Шестой парой выступали юный Сайгак д'Аренэ, младший брат князя Скорпиона, и сьерд Публий Гранд, лучший друг леди Лекс. Рена болела за Сайгака, потому что Фенрис рассказывал, что они вместе состояли в свите принца Лео, но желание девочки не осуществилось. Сьерд Публий выбил парня из седла с первого же удара.