На маленькую же девочку, смущённо цепляющуюся за руку сестры, никто из представителей мужского пола не обращал никакого внимания. Поэтому ей оставалось только с любопытством коситься по сторонам и слушать чужие разговоры.
Рядом две придворные дамы обсуждали турнир.
- Ламиан д'Агри, конечно, хорош, - заметила одна, с глубоким декольте.
- Он просто чудо! - живо откликнулась другая, у которой причёска напоминала гору взбитых сливок. - Такой юный, и уже такие красивые победы! А ведь ему ещё даже нет семнадцати.
- Ему исполнится семнадцать зимой. Не такой уж он и юный, - дама с декольте явно была настроена менее восторженно, чем её подруга. - Как ты помнишь, Квинт де Монтиум проявил себя на турнирном поле в ещё более молодом возрасте.
- Да, но ты ведь не можешь отрицать, что Квинт де Монтиум и вполовину не так красив, как Ламиан.
На это декольтированной даме нечем было возразить. У Рены немного улучшилось настроение, когда она услышала, как хвалят её рыцаря.
Её настроение улучшилось ещё сильнее, когда она увидела, что к ним с Рин направляются две высокие и стройные мужские фигуры. Фенрис и Ламиан собственными персонами!
- Ну как тебе праздник, гномик? - ухмыльнулся Ламиан. От его улыбки становилось тепло на душе. Рена промямлила в ответ что-то одобрительное.
Фенрис тоже улыбался. От вина у него под глазами залегли тёмные круги, и теперь он казался более юным и ранимым, чем в дневном свете. Наверняка он тяжело переживает своё поражение. Рена хотела как-нибудь утешить братика, но не могла найти слов.
- Ты великолепен, Фенрис, - негромко заметила Рин. - Даже когда летишь в песок.
Улыбка Фенриса стала чуть шире.
- Так и знал, что ты это скажешь, язвочка. Не составишь своему брату партию на следующий танец?
Рин посмотрела на него как-то странно. "Соглашайся!" - рвалось с языка Рены. За всё то время, что девочки провели в Розовом Дворце, в отношениях брата с сетрой так и не исчезла некая натянутость. А ведь Рене так хотелось, чтобы они втроём снова дружили, как раньше! Ну, и Ламиан с ними.
Наконец Рин улыбнулась в ответ.
- Что ж, пожалуй, я не против.
Фенрис подал ей руку и потянул за собой в центр зала. Рена и Ламиан остались стоять у стены, наблюдая за ними.
И где это Фенрис научился танцевать? У них в замке были разные лица, периодически пытавшиеся преподать детям князя основы танцевального искусства, но Рена не помнила, чтобы Фенрис так уж часто общался с этими лицами. Но сейчас брат двигался, как прирождённый светский лев, завсегдатай придворных балов.
Движениям Рин не доставало лёгкости и уверенности брата. Иногда она оступалась, пару раз сбилась с темпа. Но и в ней присутствовала своеобразная грация, данная с рожденья, а не воспитанная искусными учителями. Брат с сестрой Рены казались красивой парой.
Рена вздохнула.
- Выше нос, гномик, - откликнулся Ламиан, услышав её вздох. - На балу принято веселиться.
- Да, я просто... - Рена замялась, не зная, как объяснить то, что её тревожило. - Фенрис и Рин... они первый раз вот так... общаются. А до этого они всё время вели себя как будто... как будто чужие.
- Но это же естественно, - Ламиан улыбнулся и провёл рукой по её волосам, поправляя выбившуюся прядь. - Время и расстояние разделяют людей. Фенрис уже не такой, каким был три года назад, когда уезжал из Либры. И Рин, я уверен, тоже изменилась. Им сложно снова найти общий язык.
- Но они же брат с сестрой! Почему я с ним нормально разговариваю, хотя тоже не видела три года?
- Потому что ты маленькое чудо, - улыбка Ламиана стала дразнящей. - Знаешь, я ведь тоже последние годы жил в Солее, вдали от долины Агер и моей семьи. Принц Лео и его окружение гораздо ближе мне, чем родственники, но я всё равно люблю их всех. Даже отца с его пьяными выходками, - Ламиан смущённо засмеялся. - Ради семьи я сделаю всё, что угодно. Абсолютно всё.
Рена подумала, что в его словах, наверно, есть какой-то смысл. Время и расстояние разделяют людей, но семья остаётся семьёй при любых обстоятельствах.
- Не хочешь потанцевать? - неожиданно спросил Ламиан. Рена почувствовала, что краснеет.
- Ты что, я же не умею!
- Я тебе помогу. Это несложно, - в его глазах зажглись лукавые огоньки.
Рена сдавленно кивнула. В горле застрял комок.
Она думала, что руки Ламиана обовьют её талию, как это делали остальные кавалеры со своими дамами, а ей самой придётся забросить свои ему на плечи. Рена не представляла, как ей это сделать, Ламиан был слишком высок для неё. Но неожиданно он просто подхватил её на руки и закружил по залу. Рена засмеялась, чувствуя, как ликование охватывает её с головы и до кончиков пальцев.