Юродивый, внезапно поняла Рин. Или блаженный, как их ещё называют. Когда он ковылял мимо девочки, она слышала тихое гнусавое пение, исходившее из его уст. Бубенчики негромко позвякивали в такт шагам. На фоне мраморных ступеней храма нищий походил на жирную грязную вошь, вылезшую понежиться на солнышке. Хотя Рин никогда не видела вшей, и ей не с чем было сравнивать.
Пение стало громче, девочка даже разобрала слова. Кажется, это одна из распространённых в Либре колыбельных. Но в исполнении уродливого нищего даже невинная детская песенка звучала жутковато.
Спи, маленький, спи...
Минуют нас тени в ночи...
И холод ночной не пробьётся в окно,
А ты, маленький, спи... Спи!
Последнее слово юродивый выкрикнул неожиданно громко, так что вздрогнули даже романтические парочки у фонтана. Если раньше на нищего никто особенно не обращал внимания, то теперь все глаза на площади устремились к нему.
- Спите! Спите, жители Либры! - истошно завопил безумец. - Спите сладко, пока можете, потому что скоро наступит ночь, когда все вы уснёте вечным сном!
Стражники на своём посту сбросили оцепенение и настороженно поглядывали на юродивого, прикидывая, считать ли его нарушителем порядка. Паломники и молящиеся беспокойно зашевелились. Даже беззаботные мальчишки отвлеклись от пугливых голубей и прислушались к словам безумца.
- Ночь полна тенями, - вещал сумасшедший. - Древний холод исходит из недр земли. Разве вы не понимаете, что это значит? Это дыхание Ледяного века! Скоро сонм мертвецов ворвётся в наш мир, и мы все погибнем!
На шум из дверей храма выглянул священник.
- Почто ты беснуешься, сын мой? - молвил он кротко. - Зачем пугаешь людей скорой гибелью? Лучше найди покой в молитве богам. Только от них снизойдёт спасение.
- Боги?! - юродивый издевательски расхохотался. - Боги нам не помогут, старик! Мать-Земля отвернёт лик от детей своих, Ай потушит свой огонь и опустит на мир вечную тьму, Сино поменяет местами живых и мёртвых: мёртвым откроет дорогу сюда, а живых заберёт на тот свет. Мы стоим на пороге второго Ледяного века! Вот только на этот раз огненный змей не явится и не спасёт нас, потому что герои изгнали королей-змеев!
- Богохульство! - возмутился священник. - Своими безумными речами ты оскорбляешь Триаду и его величество короля Леона!
Слова святого отца как будто послужили стражникам сигналом к действию. Не мешкая боле, они поднялись на ступеньки и подхватили тощего оборванца под локотки. Юродивый не сопротивлялся, когда его уводили, и только кричал, брызжа слюной, как будто хотел, чтобы как можно больше людей услышало его, пока у него ещё есть возможность говорить.
- Ледяной век скоро наступит снова! Но на этот раз нас никто не спасёт! Спасителя не будет!
Один из стражников ударил малахольного тяжёлой рукой в металлической перчатке, и безумец затих. Но пока его безвольное тело протаскивали мимо Рин, в ушах девочки всё ещё звучали исступлённые слова.
Ледяной век наступит снова... Спасителя не будет... Огненный принц-змей не придёт...
Рин развернула лошадь и галопом помчалась домой.
Брен I
В библиотеке царило безмолвие. Тысячи книг протянулись на полках по всему периметру стен, один вид их навевал уныние. От пыли, поднимавшейся над пожелтевшими пергаментными страницами, хотелось чихать.
Брен редко заходил в эту комануту. Он не считал чтение подходящим княжичу развлечением, и вид толстенных фолинтов, каждым из которых можно было убить какое-нибудь мелкое животное, угнетал его. Но сейчас выбора не было. Цитус собирался устроить тяжелейший экзамен по всему, что они прошли за три года, а конспектов, по которым можно было готовиться, у Брена не нашлось.
Нет, конечно, он мог попросить конспекты у одного из товарищей, но эти жмоты, наверняка, просто пожали бы плечами, напирая на то, что им самим нужно готовиться. Впрочем, у Агнуса можно было вообще не спрашивать согласия, а просто забрать лекции, но тогда непременно встрял бы Корвус и пришлось бы драться. Драки же сейчас, когда все наставники пристально наблюдают за поведеним учеников, была немного неуместны.
При мысли о Корвусе Брен поморщился, как будто у него заныла застарелая болячка. Наверняка, этот парень вообще не парится над экзаменом. Скотина высокомерная!
Последний год, остававшийся ученикам до посвящения в Охотники, практически истёк. Старик Морбус уже должен был выбрать ночь для проведения этого ритуала, а пока что наставники устраивали для своих подопечных серию последних испытаний. Испытания Цитуса вылились в один огромный экзамен.