- Леди Тали… У нас несчастье… Лорд Ларр…
И, как много лет тому назад, привычная и такая осязаемая, твердая почва поползла из-под ног, но сейчас нельзя было отдаться на волю волн, ветра и бамберских штучек, потому что дело было уже не на Земле, и потому, что первым делом следовало, разумеется, привести в чувство медленно оседающего на ступеньки домика мальчишку.
Следующая четверть часа пролетела слишком быстро, чтобы думать о чем-то еще, кроме как о вызове скутера для доставки пациента в реабилитариум, - быстрый переход через гиперполе опасен не менее резкого возвращения ныряльщика с большой глубины. Мысли о причинах такой внеплановой передряги Тали старалась гнать от себя до поры, до времени – сейчас куда важнее было строго следовать протоколу выведения из временного анабиоза, неизбежного при нуль-Т. Задать команду для «умной кровати»-капсулы, выдать необходимую информацию про анамнез пациента, сделать запрос в архив – это все очень быстро, почти механически, голосом, ЭСП справится отлично и сам.
«Деннис Питер Роршах, четырнадцать лет семь месяцев, доступ хранителя второго уровня.»
«Ваш запрос выполняется, ожидайте».
Так. Думай. Что же могло случиться? Четверо подростков, давно уже не враждующих, желанный поход, с ними – умный и внимательный старший, который еще и Медикус. Полно, ну, не травма же какая-то ужасная? Но что тогда? А отчего бы тебе не поинтересоваться у самого пациента?
- Денис? Динь? Ну, Динька же…
Ни звука из «кокона»-разморозки. Делает вид, что не слышит? Не пришел в себя? Нет, пришел, вполне бодр и в состоянии общаться – Тали еще раз взглянула на кривую самописца, регистрирующую активность мозга. Да, в сознании, логичен и … и предельно эмоционален? Динька-то? Неужто и королевские приборы иногда сбоят? Проверить подключение? Или… поверить записи?
- Динь? Ты можешь говорить?
Кокон вдруг странно затрясся. Тали, внутренне послав к чертям все инструкции, откинула крышку. До конца цикла формально следовало ждать еще пол-минуты, но…
Динька лежал, свернувшись калачиком, и содрогался всем телом. На заиндевевшем свитере, давно потерявшем свежесть и холодность, темнела мокрая полоса - от левого плеча к сердцу.
Тали уже ничего не понимала. Динька ранен? Болевой шок? Приступ неведомой болезни? Нет, диагностические приборы не сбоили, но поведение пациента было откровенно нетипичным.
- Динь? Пожалуйста, скажи мне хоть что-нибудь. Что случилось? Какое несчастье? Почему нуль-Т? Говори со мной, Динь… Пожалуйста, говори…
Постойте. Я совсем не думаю. Тоже мне, будущий спасатель. Тали вскочила, плеснула в пластиковый стаканчик серебристую густую жидкость из флакона с надписью «Успокоительное». Посмотрела на своего подопечного – и тут же передумала. Закатала рукав Динькиного свитера. Быстро, без положенных церемоний – совсем как Ларр когда-то – сломала ампулу, пшикнула дезинфектантом, толкнула под кожу предплечья мини-шарик препарата. Сосчитала до тридцати, внимательно следя за пациентом. На счете «двадцать семь» Динька перестал плакать и затих. Чуть помедлил, повернулся и посмотрел на нее, но тут же отвел глаза. Она протянула ему салфетку:
- Слушаю Вас, сэр.
Мальчишка безразлично взял белый квадратик мягкой бумаги в руки. Сделал было движение, чтоб вытереть глаза, но передумал и спросил только:
- Леди Тали? Можно мне сесть?
Она кивнула и подала ему руку. ЭСП медкоттеджа уже жужжал рядом с ней, держа наготове поднос со стаканом лимонада.
- Да, конечно. Садись. Пока не выходи из капсулы, нужно некоторое время последить за твоим состоянием. Сейчас захочется пить. Вот, держи. Если думаешь, что уже можешь рассказать, почему ты так спешил, - рассказывай. Но не торопись. Приходи в себя.
Мальчик нехотя сделал глоток. Потом решительно отдал стакан ЭСПу. И сказал – тихо, отчаянно и совершенно непонятно:
- Леди Тали…Билли… Теперь лорд Ларр подает в отставку… И Вам нужно собрать Совет…
Больше успокоительной силы шарика не хватило. Выдав, по его мнению, все самое главное, Динька свалился обратно в капсулу, сжался клубочком и разрыдался снова. Так не плачут невозмутимые ехидные лицеисты, только что выполнившие ответственное задание. Так плачут при большой и невосполнимой потере.
- Динь? Деннис Питер Роршах? Сэр Деннис! Черрррт, Динька! ДИНЬКА!!!!
Мокрые, недоумевающие глаза. Динька явно не ожидал «командирских» ноток и повышенной громкости. Но начавшуюся истерику требовалось прервать как можно скорее. Да и на «сэра Денниса» нельзя было не реагировать – приказ есть приказ, какой бы силы эмоции тебя ни штормили. Он неуверенно приподнялся с половинки «кокона», покачнулся, схватился за стенку капсулы, но тут же выпрямил спину.