Проклятые перегрузки. И та злополучная миссия, когда пришлось срочно лететь на Сатурн за застрявшей на нем экспедицией. Основная неотлаженная пока проблема нуль-Т – в непредсказуемости приземления, поскольку физическая форма обретается на новом месте раньше, чем вновь включаются мышление и рефлексы. Поэтому, увы, нередки травмы, сходные с неудачным приземлением земных парашютистов. Лечатся-то они быстро, но тело, увы, помнит все, и порой сбоит. И напоминает о прошлых болячках в самый неподходящий момент.
- Сэр... механик? – полувопрос Тали оборвался, не начавшись: Ларр медленно осел на мох и теперь кренился назад, бледный до прозрачности.
- Черрррт... Сэр Главный Медик? Ларр? ЛАРР??? Ну, Ларр же!!!! Сто бронтопавов под подушку, ну же! – Она уже рвала с шеи амулет: пусть недоучка, пусть третий поток всего, но ведь выдан, значит, можно... Так. Без паники. Обморок? Но почему?
Амулет вжикнул и выдал лиловое переливчатое сияние. Болевой шок, предсказуемо. Но где же его источник? Тали, торопясь, вела амулетом вдоль тела, проводя диагностику, но тут ресницы Ларра дрогнули. Глубокий вдох, еще один – и вот он уже вновь сидит рядом с ней на мягком мху, и постепенно возвращается на его меловые щеки привычный смуглый румянец.
- Сэр КЛ-1, Вы меня так больше не пугайте, пожалуйста, а? Я наслышана о модных тенденциях Королевства, в том числе – и про смену цвета глаз и волос под настроение, но вот менять еще и цвет лица под цвет рабочего комбинезона – это как-то слишком, не находите? Может, Вам лучше в поэты податься? У них бледность в почете...
Ларр еще раз вздохнул и прищурился:
- Леди Тали, Ваша галантность сопоставима лишь с Вашей же красотой! Я намерен со всей серьезностью обдумать Ваше предложение, как только...
- Как только мы вернемся в Королевство?
- Сразу по Вашем возвращении туда, Леди Тали. Обещаю Вам.
Все еще немного морщась от боли, Ларр достал маленький передатчик и принялся набирать на нем цифры.
- По моему… возвращению? – Тали отказывалась верить в происходящее. Ларр сухо кивнул:
- Личный код Медикуса дает возможность вернуться из любой точки Вселенной, но только одному человеку одномоментно. Так что, девочка моя, сейчас ты вновь окажешься там, где будет безопасно и спокойно, а я продолжу свой путь. Не нужно снова глупостей, пожалуйста, – поверь мне, я должен тут остаться, а тебе здесь делать ровным счетом нечего, и уж тем более – с травмой.
- Но…
- Никаких «но», сударыня. Вас ждут дома. В особенности - Ваше упрямое подопечное сокровище. И поверьте, Вам куда как более правильно побыть сейчас с ним там. А меня… Тоже ждут. И тоже… дома, - добавил он совсем вполголоса.
2.
Последняя цифра аварийного кода ушла в передатчик. Тали, поняв, что бороться или умолять – бесполезно, обхватила колени руками и посмотрела на Ларра снизу вверх, прикусив губу и стараясь не разрыдаться, но не получилось. Оказалось, что слез больше, чем глаз, слезы вышли из берегов и потекли по щекам. Ну и пусть. Все уже не поправить.
Ларр тяжело вздохнул и присел рядом с ней на мягкий мох. Взял ее руку в свои ладони. Вынул из кармана комбинезона батистовый платочек с короной, осторожно промокнул им щеки Тали:
- Солнечный Зайчик, а, Солнечный Зайчик? Послушай-ка меня. Ты дивная. И когда я вернусь – я правда расскажу тебе обо всем, то есть обо всем, что мне дозволено рассказывать. Не бойся. На Земле меня не тронут даже без защиты Целителя. Проверено. Я не первый раз в этом месте, меня помнят, через пару часов мне доставят здешнюю одежду и верного скакуна, а еще через десяток часов нашего времени я вернусь в Королевство.
- Как, Ларр? Ты отдаешь мне свой код. А как же..? – непривычность обращения вне формальностей будоражила, манила и пугала одновременно: на «ты», помимо давних друзей, обычно общались идущие на крайне рискованные предприятия...
- Поверь, дружочек, что есть и иные способы. А теперь вытри слезки – в цирке плохая примета рыдать перед премьерой. Ты... очень дорога мне. Береги себя, пожалуйста. И готовь свой самый вкусный чай к моему возвращению.
Тали изо всех сил старалась держаться. Нуль-транспортировка была задана, и теперь у нее оставалось всего несколько секунд. На что? Пару слов прощания, первое и, возможно, последнее признание в чем-то, о чем оба так упорно молчали? Нет, это было бы глупо и нерационально.