Минут через пять я пишу ему сообщение.
Ксения Одинцова: «Они тебя видели? Ты знаешь, что он очнулся?».
Неизвестный номер: «Что за беспокойства на ровном месте? Угомонись. У Сëмы всё под контролем».
Дурак, блин... Ещё и о себе в третьем лице...
Неизвестный номер: «Они не заговорят».
Присылает следом, да ещё и со смайликом... Господи. Он меня до кондрашки доведёт... Что это значит? Он же их не убьет, да?
До самого вечера я нахожусь на парах. Как только прощаемся с девчонками, сажусь в машину, поднимаю глаза и начинаю визжать, потому что этот придурок сидит на заднем сиденье моей машины и помалкивает.
– Тссссс...
– Ты совсем уже?! Какого чёрта ты творишь?! Я чуть не умерла!
– Ты бы не умерла, это точно. С сердцем у тебя всё нормально. Такое возможно только в случае нюансов со здоровьем. А ты у меня девочка сильная.
– Пошёл ты! Сёма, ты реально придурок! – ворчу, пока он ржёт и неожиданно к моей машине подходит Маринка. Как раз этого мне и не хватало, блин…
– Ксюш, а ты не могла бы... Ой... Здрасьте...
Он так на неё смотрит. Не здоровается. А просто сверлит своими глазами. Мне кажется, он хочет её задушить… Мама…
– Марина, ты чего хотела?
– Это кто? – спрашивает, выпучив глаза.
– Это... Брат двоюродный. Погостить приехал. Я вот его сейчас подвожу...
Боже, что за бред я несу???? А Сëма вообще смотрит на меня так, словно сейчас рассмеётся. Нашла что придумать… Брат, блин…
– М-м-м, – недоверчиво тянет Марина. – Ты не можешь мне одолжить карту заправочную? Я забыла свою.
– Да, конечно. Возьми, – протягиваю ей. – Ну всё, мы уезжаем.
Быстро давлю на газ и сматываюсь по прямой. Хз куда еду. Лишь бы не в одну сторону с ней. А Сёма садится прямо позади и, примкнув к моему изголовью, трогает мои волоски.
– Щекотно, – дёргаюсь я. – Прекрати, а то врежемся. Зачем ты так сделал? Зачем уселся?
– Хотел, чтобы ты меня до дома довезла... Соскучился... А тут... Так ярко пахнет тобой... С ума сойти...
Он реально втягивает запах в салоне и продолжает касаться моих волос и кожи. В один момент его касания перестают быть невинными. И когда я останавливаюсь в каком-то кармане, он сжимает мою шею. Держит её в руке. Трёт подушечкой большого пальца подбородок. Гладит ключицы... А у меня из-за этих его действий между ног разрастается пламя...
И, главное... Я молчу... Я позволяю. Чувствую, как пальцы немного забредают под блузку. Лишь задевая бретели лифчика, а у меня сейчас уже дыхание спирает... Я в трёх секундах до потери сознания...
Его рука чуть приподнимается, и большим пальцем он касается моей нижней губы... Давит... Чувственно и очень сильно... Заставляя меня трепетать.
– Ксюшааааа... Ты даёшь мне зелёный свет... – шепчет позади и толкает его в мой рот. Я начинаю дышать тяжелее, затем мотаю головой и мычу что-то вроде у-у-у в знак отрицания. Но мне кажется, я реально ему его дала... Грудная клетка вздымается от ужаса. Ещё никогда мне не было и так сильно страшно, и горячо... Провокационно. Просто до мурашек и остановки сердца...
– Сëма... Отпусти... Не надо...
– Уверена?
– Да... Да, отпусти...
Чувствую, как тепло его рук исчезает и он сам проваливается вглубь заднего сиденья, а я... Я пытаюсь справиться с новыми ощущениями у себя между ног... Неужели мне нравится такое?
Глава 10.
Сёма Литвин
Она просто пока не понимает, что ей нравится. Для неё всё в новинку... Но я... Я чувствую реакции её тела сильнее своих. Сейчас в машине... Пахнет возбуждением. Концентрация достигает своего пика. Ей это нравится. И я хорошо понимаю, в какую сторону давить…
– Мы домой?
– Домой, если хочешь... Можно ко мне, – предлагаю, а она мотает головой.
– Нет. Ты говорил про другой день. Мне домашку надо делать... Я не могу сегодня.
– А поужинать со мной не желаешь?
– Нет, извини...
– Ладно... Ксюшенька... – шепчу я сзади, уткнувшись носом в её сиденье. – Мне так мало тебя...