Визжать будет, наверное... Царапаться... Драться... А если связать? Да ну нахуй... На один раз мне совсем не улыбается...
– Что ты так смотришь? – спрашивает и дрожит. – Не смотри так.
– Как?
– Будто... Задумал что-то...
– Ксююююш, девочка моя драгоценная... Нежная невинная непорочная... – крадусь я рукой по столешнице как змея, а она тут же отшатывается к спинке стула.
– Можно я пойду? Пожалуйста... Прошу тебя... Я хочу домой...
Жаль её, конечно... Потому что она реально много сегодня пережила. Поэтому я киваю, и она сразу истерично бежит к двери. На выходе видит свои туфли. Тут же надевает, кое-как облокотившись на стену, и убегает из моего дома со скоростью света, не оборачиваясь...
Странное, конечно, вышло первое свидание...
Но ничего... Я супер настойчивый...
Глава 6.
Домой прибегаю на дрожащих ногах и не могу справиться с дыхалкой... Она буквально сходит с ума... Какой же он поехавший... Но с другой стороны... Он меня спас, блин...
На цыпочках крадусь в комнату, и тут папа включает свет.
– Ты же у Марины... Нет?
– Я передумала... Домой захотела, – пищу я, нервно сглатывая слюну.
– Ясно. Точно всё хорошо? Бледная какая-то...
– Точно, пап... Я к себе пошла, – отвечаю ему и бегу вверх по лестнице. Хорошо, что он не сильно до меня докапывается, иначе неизбежно бы добрался до сути...
Ставлю телефон на зарядку и с опаской смотрю в окно. Меня тут же обволакивает, будто паутиной… Липкими волокнами страха…
Но его там не вижу, хоть что-то меня успокаивает... Особенно после его слов о шраме на моём бедре... Я упала с велосипеда, когда мне было шесть... И мне в ногу воткнулся штырь... Но про этот мой шрам знают только родители... Потому что фактически он почти между ног...
И теперь мне так жутко думать об этом... До дрожи и мурашек...
Я ложусь в постель, закутавшись в пижаму. И мой телефон издаёт вибрацию. Я надеюсь на то, что это не он. И вижу контакт Марины.
Марина Маслова: «О, боже, ты в порядке???».
Ксения Одинцова: «О чём ты?».
Марина Маслова: «Ты не в курсе??? Во сколько ты уехала?».
Она отправляет мне пост из своей ленты, где говорится о том, что в том самом здании, где мы были, произошло возгорание и в результате пострадали пятеро парней, которые сейчас находятся в реанимации. Комната, в которой они находились по какой-то причине оказалась заблокирована. И они надышались... Сейчас все пятеро на ИВЛ... Господи...
Ксения Одинцова: «Мы завтра поговорим. Я ложусь спать».
Марина Маслова: «Хорошо, дорогуша. До завтра».
Сердце в груди бросается вскачь... Неужели это он сделал??? Это же жизни... Так нельзя... Господи, он ненормальный... Но с другой стороны... Они бы что реально меня изнасиловали? Все пятеро? Какой же Влад козёл... Господи...
Около двух часов я ворочаюсь и не могу уснуть. Мне всё время кажется, что он стоит здесь... Что смотрит... Или дышит... Что вот-вот сорвёт одеяло и дёрнет за ногу... Господи, я умру от страха... Уснуть удаётся около трёх... А уже в семь родители будят и мне приходится вставать.
– Машину я тебе вчера сделал... Кажется, кто-то тебе саморезы подложил...
– Ты что, серьёзно?
– Ну да... Детвора могла баловаться...
Ага, конечно... Детвора…
Не знаю, зачем это ему? Он, наверное, сам хотел подвезти меня... Не знал, что я попрошу подругу... Сумасшедший...
Выхожу из дома вместе с родителями на всякий случай. Осматриваюсь и уезжаю первой. В университете вздрагиваю от каждого громкого звука, и когда Маринка налетает сзади чуть не даю ей в лоб за это.
– Эй, ты чего?!
– Ничего. Не делай так.
– Как?! – спрашивает она и все на меня пялятся. Как же меня всё бесит.
– Никак...
– Стой... Погоди... Так что насчёт Влада...
– Я не знаю. Я уехала раньше.
– И всё? Ты ничего не знаешь?
– Нет, не знаю... Наверное, кто-то из них курил внутри...
– Ну, блин... Там должна быть система тушения... По идее...