Мама, ты спишь?
Ну, давай же, очнись!
Господи, добрый и милый спаситель,
Я мёрзну так сильно,
Сводит от голода живот…
Мальчик оставляет бесплотные попытки и перестаёт дёргать руку Матери, держится за живот, и вдруг замечает занесённое снегом с внутренней стороны – окно. его руки сползают с живота, он смотрит в окно…
Мама, за окном лёд!
Ветры Рождества и святая обитель!
Бросается к Матери, толкает её, пытается разбудить, но та мертва.
-Мама! Мамочка! Мама!
Мальчик снова берёт её руку и пытается согреть её своим дыханием:
Белый пар дыхания,
Рождество и Мороз.
Слёзы горького очарования,
Много-много…
Плачет, не выпуская руку:
Мамочка!..
Слёз.
Старушонка в углу, мечется в болях, со стонами и кряхтением:
Опять этот дрянной мальчишка!
Переходя на завывания:
Господи, дай помереть!
Хнычет и хнычет!
Старушонка в углу бросает в сторону Мальчика слабой рукой какую-то катушку, не попадает:
Стоит опять в летнем пальтишке,
Не даёт сну мною завладеть!
Мальчик, отодвигаясь от Старушонки, продолжает трясти за плечи тело Матери:
Мама…мамочка! Мама!
Встань же…встань!
Старушонка в углу, мечется, воет и страдает:
Господи, дай помереть!
Как душно, как страшно…
Мальчик, от тела отстань!
Завывает в так ветру:
Господи, дай помереть!
Мальчик, поспешно кутается в свои нехитрые одеяния, оглядывается на Мать:
Белый пар дыхания,
Мамочка…мама, тебе так холодно.
Немного подумав, снимает с себя тоненький шарфик и кутает, как может, Мать.
Мёрзнут пальчики…Пошевелись.
Слёзы тоски и голодное метание.
Мама! Ты одна…
Мамочка, вернись!
Касается руки Матери, отдёргивает пальчики, и тут же дует на них с усердием:
Белый пар дыхания не греет,
Я приведу кого-то, кто поможет,
Придёт, спасёт и согреет,
Холодно, боже!
Боженька, холодно! У мамочки синеет кожа…
Мальчик спешно целует Мать в лоб и пятится к дверям, выскакивает поспешно в морозную улицу, Старушонка продолжает метаться в криках, но тут снова открывается Дверь и входит Смерть…
Сцена 7
Смерть проходит к Старушонке к углу и та мгновенно замирает, когда Смерть раскидывает над ней свои крылья. Смерть проходит к лежащей Матери, осторожно касается её руки, как бы призывая…
Смерть, медленно поднимая Мать:
-Esprit triste-écoutez-moi
l'heure a sonné pour toi
Viens avec moi, sur le bord
viens avec moi, je suis la mort! (Скорбный дух, услышь меня!/Час пробил и для тебя! Иди за мной, за край, я смерть твоя – узнай!)
Мать медленно садится на «постели», протягивает руки в ответ Смерти, та, сдерживая слёзы, помогает ей подняться.
Смерть, придерживая Мать:
В этой комнате ветер,
Ветер – предвестие смерти.
Ветер – проводник за черту,
Я пришла сюда,
Но я дрожу…
Я не дышу.
Мать медленно пытается прийти в себя, оглядывается с непониманием, пытается оттолкнуть Смерть, та крепко удерживает её.
Смерть, извиняясь:
Я должна, милая, должна,
Ты была в этом городе одна,
Ты – его мать,
А я должна…
Всхлипывает, отворачивается:
Я не могу решать!
Твой срок пришёл,
О, боже мой…
Выпускает руку Матери, складывает руки в молитвенном жесте:
О, боже мой…
Оборачивается к Матери:
Иди за мной!
Мать протягивает ей руку, Смерть сначала хватает её, затем выпускает:
-Нет!
О, боже мой…
Мать оглядывает комнату и вдруг замирает в испуге:
Мой сын…
О, что же с ним?
Смерть смотрит вперёд, на Романиста, выхваченного светом. Романист смотрит в комнату.
Смерть, не оборачиваясь к Матери, не сводит глаз с Романиста:
А с тобою что?
Ничего!
Уже ничего!
Мать, бросаясь, прочь от Смерти, в панике кричит, пытается сопротивляться:
Мой сын! Мой сын!
Кто позаботится о нём?!
Смерть останавливает её взмахом руки-крыла. Мать, падая на колени:
Мальчик мой…
Смерть, оборачиваясь к Романисту:
Боже мой – жизнь это ад!
Вот ад! Вот он, не с огнём!
Оборачивается к Матери, требовательно:
-Иди за мной!
Мать, покорно поднимается и снова бросается прочь, но Смерть удерживает её, она, отбиваясь от Смерти: