НОЧНОЙ ДОЗОР
- Вон оно, дно, видишь? - говорит Жорка, раздеваясь.
- А там? - показывает вдаль Сашук.
- И там есть, только глубоко. И туда тебе плыть нельзя - утонешь.
- А чего это у тебя нарисовано? Разве на человеках рисуют?
На груди у Жорки синими точками наколоты бубновый туз, бутылка и женская нога. И сверху написано: "Что нас губит".
- Дурость! - отмахивается Жорка. - На дураках и рисуют.
- Ты разве дурак?
- Был. Может, и сейчас малость осталось.
Он разбегается, ныряет и так долго плывет под водой, что Сашук начинает думать, что он уже захлебнулся и утонул.
- Давай, Боцман! - кричит, отфыркиваясь, Жорка. - Ныряй!
Сашук набирает в себя побольше воздуху - у него даже щеки надуваются пузырями, - складывает ладошки возле самого носа, ныряет и... едет животом по песку на мелководье. Жорка хохочет.
- Чудик! Что ж ты землю пузом пашешь?
- А если тут мелко? - обиженно говорит Сашук.
- На тебя не угодишь - то глубоко, то мелко. - Жорка подплывает ближе, становится на ноги и пригибается. - Влезай на плечи.
Сашук вскарабкивается, вцепляется в его рыжие волосы. Жорка распрямляется, и Сашуку даже жутко становится, так высоко он поднимается над водой, - Жорка только чуть-чуть поменьше Ивана Даниловича.
- Готов? Але-оп!
Жорка встряхивает плечами. Сашук, не успев сложить ладошки, враскорячку, как лягушонок, плашмя плюхается в воду.
- Ну как?
- Здорово! - кричит Сашук. - Бимс, сюда!