- Ишь какая хитрая! Он мне самому нужен. Вот найду еще один, свяжу и буду плавать... И тебе дам поплавать. Немножко, - добавляет он после некоторого колебания.
Из-под топчана вылезает разбуженный Бимс, и Ануся забывает о кухтыле.
- Какой чудненький!
Она приседает перед щенком на корточки и начинает гладить. Бимс с готовностью опрокидывается на спину и подставляет свой розовый живот, но вспоминает о неотложном, ковыляет к миске с водой, долго лакает, потом чуть отходит в сторонку, и из-под него растекается лужица.
- Фу, бесстыдник, - сконфуженно смеется Ануся, оглядываясь по сторонам. С самолетным гудением о стекла бьются мухи, из барака по-прежнему несется жуткий храп. - Пойдем уже на улицу, а?
- Ага, пошли в войну играть... Ты дот видела?
- Не хочу, - говорит Ануся. - Какая это игра!
- А что? Самая лучшая! - убежденно говорит Сашук. - Ну да, ты ж девчонка, - вспоминает он.
- И совсем не потому что! Не люблю, когда убивают... Мамин папа был полковником. И его на войне убили.
- Мы ж будем понарошку!
- Все равно не хочу!
- Ладно, - говорит Сашук, - пойдем так посмотрим.
Он убежден, что стоит Анусе увидеть окопы, развалины дота, она забудет обо всем и захочет играть в войну.
Однако, как только они выходят за ограду, Сашук сам забывает о доте и напрямик, не разбирая дороги, бежит к откосу, по которому спускаются на пляж. Там стоит бог...
ОРАНЖЕВЫЙ БОГ
В бога Сашук не верит. Бабка умерла полгода назад, поэтому отец и мать и взяли его с собой в Балабановку. Когда бабка была жива, она рассказывала Сашуку о боге и учила молиться. Потихоньку от отца она даже сводила его в церковь и показала бога на картинке. Бог был ужасно заросший, сидел на кучах ваты и держал руки вверх, будто сдавался в плен. Он оказался вредным и злопамятным: за всеми втихаря, исподтишка шпионил, а потом наказывал. Бабка то и дело грозилась, что бог накажет, а если случалось плохое, говорила, что вот "бог и наказал"... Сашуку попадало на каждом шагу от отца, матери, от самой бабки, и ему совсем был ни к чему еще какай-то зловредный старик, который наказывает за всякую ерунду.