- Папа, пап! Я тоже хочу! - кричит Ануся, вскакивает ногами на сиденье, переваливается через плечо отца и тянется к дужке сигнала. Звонкий голос "Москвича" раскатывается над обрывом, падает вниз, чайки шарахаются от него в море.
- Хватит, граждане, - говорит Звездочет. - Надо совесть иметь, а то сейчас обратно заколдую, и машина никуда не пойдет.
Сашук отдергивает руку, Анусю мать сердито стаскивает и сажает на место. Звездочет поворачивает ключик, внизу что-то рычит и сейчас же смолкает.
- Поломалась? - встревожено спрашивает Сашук, но тут же сам видит, что ничего не поломалось и они уже не стоят, а едут, и даже не едут, а плывут так плавно и мягко трогает машина с места.
- Газанем? - спрашивает Звездочет.
- Ага! - радостно кивает Сашук.
- Ну, держись, увезу тебя сейчас на край света...
- Ага! - ликуя, кивает Сашук.
Он согласен на все, лишь бы ехать и ехать в этой волшебной машине. Она мягко раскачивается на ухабах, волочит за собой длиннющий хвост пыли и мчится так, что воздух ревет, врываясь в окна.
Счастье никогда не бывает долгим. Обогнув по задам четыре усадьбы, "Москвич" въезжает в улицу, поворачивает и останавливается возле ворот пятой хаты. Пыль, которая раньше никак не могла догнать машину, теперь набрасывается на нее и окутывает густым желтым облаком. Сердито отплевываясь, жена Звездочета выскакивает из машины и утаскивает за собой Анусю. Сашук вопросительно смотрит на Звездочета.
- Слезай, приехали, - говорит тот. - Путешествие окончено.
Сашука пронзает горькое разочарование. Он вылезает из машины, отходит в сторонку, но как только Звездочет разворачивает автомобиль и въезжает во двор, Сашук припадает к редкому штакетнику, опоясывающему двор. Звездочет открывает капот, долго там копается, потом закрывает капот, все дверцы и, наконец, замечает прижатое к штакетнику лицо Сашука.