– Извините, товарищ майор, я считаю, что зондировать его должен уже не я, а другие специалисты нашего подразделения. Прошу согласовать детали с моим руководством, – Сергей с трудом сдерживал радость. Вот оно! Он добился своего. Он будет разрабатывать эту операцию. Это шанс засветится!
– Да, я согласен, напиши докладную на мое имя и обоснование, а также детали операции. Будем разрабатывать, – Шардин пометил у себя в блокноте.
– Так, Виталий. Ты аккуратно проверь – ну, через МВД, через спортзал – реальные возможности этого вундеркинда. Только не переборщи – никаких травм и прочего.
– Травм для кого? – капитан Краснощек или прикидывался простаком, или действительно не понял.
– Травм для объекта.
– Да судя по тому, что он успел продемонстрировать, как бы наши сотрудники остались целыми. Парнишка достаточно жестко работает, – Виталий был немного раздосадован свалившейся на его голову проблемой.
– Как бы жестко он не работал, я вам запрещаю его травмировать. Не роняйте его, неизвестно, что там у мальчика в башке, его другие спецы будут прощупывать. Твоя задача – только проверка его – подчеркиваю – его функциональных возможностей. Причем, сама техника для меня вторична – в первую очередь важно узнать, какова у него скорость реакции, время принятия неожиданных решений, причем, желательно в экстремальной ситуации, какова его реальная сила, в общем, мне нужно знать всю его функционалку. Конечно, путь, который обрисовал старший лейтенант Колесниченко, довольно сложный и не факт, что этот Зверев именно таким образом будет задействован. Не факт даже, что он вообще имеет отношение к иностранным спецслужбам и выполняет задачу по… Но, если такая версия принята в разработку, мы обязаны отработать ее до конца.
Шардин оглядел всех собравшихся в кабинете.
– Подведем итоги, товарищи. Капитан Маринкевич – отработка связей семьи Зверевых в Москве. Кстати, попутно проверьте более тщательно версию с его дедом-чекистом. С Виталием держите контакт, у него там тоже какие-то наработки были.
– Есть! – интеллигент в модных очках пожал руку соседу.
– Капитан Краснощек занимается проверкой функциональной подготовленности объекта. Виталий, подключай майора Красножона, короче, плотно поработай с коллегами из внутренних дел, привлеки оперативников и розыскников. Проведи это как семинар, что ли, в общем, придумай.
– Есть! – комитетчик в образе «работяга на даче» кивнул и подмигнул начальнику ОУР. Тот в ответ поморщился и показал большой палец вниз.
– Старший лейтенант Колесниченко разрабатывает детали операции по привлечению специалистов из его отдела. Но только после проверки силовиков, понятно?
– Есть!
– Товарищ майор – обратился комитетчик к начальнику райотдела майору Шарапе. – Ваша задача – наше прикрытие. Я имею в виду – максимально скрыть информацию по данному делу. Все протоколы, все объяснительные и прочие бумаги передайте моим сотрудникам. Из всех упоминаний, сводок и прочего изъять это преступление. Я имею в виду неудачный налет на сберкассу. Следователь пусть зайдет к нам, возьмем подписку о неразглашении. Дело передается в областное управление КГБ. Но курирует союзный Главупр.
– Да, майор – это уже относилось к Красножону. – Напряги свою агентуру, пусть попасут верхушку вашу криминальную. Убитый был вором в законе, это не какого-то там хулигана завалили. Наверняка они узнают, как это произошло. Так что Звереву надо дать негласную охрану, что ли. И понаблюдать, что предпримут преступники. Думаю, захотят, как минимум, пообщаться с мальчиком.
– Товарищ майор, у меня людей нет, да и квалификации такой… – Шарапа растерялся.
– Товарищ майор, разрешите, я с мальчиком буду какое-то время, – попросил вдруг Сергей.
– Обоснуй, – Шардин удивленно посмотрел на Колесниченко.
– Да все просто. Зверев знает кто я такой, мне не надо ходить за ним, прячась за забором или за киосками скрываться. Контакт я с ним установил, и до приезда наших специалистов-психологов мне надо поддерживать с ним контакт, в первую очередь, психологический. Ну и, попутно, буду его оберегать от несанкционированных контактов.
– Умно. Согласен, действуй. Ну что ж, думаю, все всё уяснили, поэтому приступаем немедленно. Времени у нас не так много, Москва требует объяснений…
…Однако объяснений требовало не только Второе Главное управление Комитета государственной безопасности СССР. Их также хотел получить вор в законе Александр Васильевич Степанов, 1924 года рождения, по кличке «Хромой». А предоставить эти объяснения должен был Виталий Владимирович Варганов, 1951 года рождения, авторитет по кличке «Варган». За плечами которого разбои, кражи личного имущества, хулиганство.